Я отставила котелок и с недоумением уставилась на свои руки. Попробовала зажечь самую простую искру. Это всегда срабатывало даже с истощенным резервом и без посторонних источников энергии. Но и ее не получилось зажечь.
Что-то странное случилось с моими способностями. Похожий сбой случился со мной во время ментальной атаки Сесиль тогда в веже. Я как будто лишилась магии и не смогла поставить защиту. Тогда я списала это на ментальное воздействие Сесиль. Но что могло мешать мне теперь, когда ментальщицы не было рядом?
Чувство голода давало о себе знать, поэтому я отправилась в шалаш и поставила котелок на костер. Все это время пыталась зажечь хотя бы одну маленькую искорку, но ничего не получалось.
Алмаз уже успел вскипятить воду и сварить кофе. Он передал мне кружку. Я отрезала кусок замерзшего молока и добавила в напиток. Вкус кофе горького кофе с дымком показался мне превосходным!
Мы молча сидели у костра на шкурах поверх березовых веток и смотрели на огонь. Я помешивала уху, которая булькала в котелке, распространяя приятный аромат. Рот наполнялся слюной, а в глаза то и дело попадал дым, заставляя отворачиваться от огня.
- Лед на реке ведь не ты сломала? - спросил Алмаз.
- Нет, не я. Может, какое-то магическое существо осталось незамеченным? - предположила я.
- Например, рыба-ледокол? - усмехнулся Алмаз, - знаешь, мне показалось, - добавил он немного поколебавшись, - как будто...
Он оборвал фразу, не закончив.
- Что? - спросила я.
- Забудь, ерунда… - отмахнулся Алмаз.
Когда похлебка была готова, я разлила ее по глубоким деревянным плашкам.
Уха, даже без специй, показалась мне очень вкусной. Я прихлебывала вприкуску с замороженным хлебом, и размышляла над тем, что могло случиться с моей магией? Таких сбоев еще никогда не было с момента, как у меня открылись способности. Может быть, Сесиль внушила мне, что я не могу пользоваться огнем, и со временем чары рассеются? Кто знает, на что способны эти ментальщики.
Но кто разрушил лед на реке? Объяснения этому не было. Мне показалось, что источник неизведанной магии, находился где-то поблизости, хотя я плохо соображала в тот момент. Вряд ли можно доверять этому ощущению.
Алмаз вышел из укрытия. Через какое-то время он вернулся с вязанкой дров и положил их рядом с костром, чтобы поддерживать огонь ночью.
Собаки, что поскуливали, возились и рычали, наконец успокоились, устроившись на ночевку. Я с трудом разглядела их на снегу, когда ходила за спальником к саням. Черный вожак улегся спать на шкурах прямо на санях. При моем появлении он приветливо вильнул хвостом, и снова свернулся клубком.
Мы с Алмазом тоже устроились на ночлег. Легли рядом с огнем, забравшись в спальные мешки из оленьих шкур, внутрь которых вложен конверт из овчины мехом внутрь.
Лежать на настиле из веток оказалось неудобно. Вынужденная близость тяготила, но если отодвинуться от костра, то будет холодно. Я проспала несколько часов днем, так что теперь лежала, ворочаясь с боку на бок. Мне не хотелось засыпать, хотелось продлить наш последний совместный день. Как бы не было грустно, пришло время поставить точку. Я должна его отпустить, хоть мне этого совсем не хотелось.
- У меня больше нет доступа к твоей энергии. Ты свободен, - собравшись с духом сообщила я.
Мать Вселенная! Я правда это сказала? Неужели вот так все закончится?
Я замерла в ожидании. Алмаз отозвался не сразу. По его дыханию я знала, что он не спит.
- Это точно? - наконец переспросил Алмаз.
- Я не вижу канала связи между нами.
И где только я научилась так складно врать? Хотя, это не ложь, скорее, полуправда. Канала связи я больше не видела, но не потому что его не было. Просто не могла воспользоваться магическим взглядом. Когда я смотрела на огненную ленту в последний раз, она выглядела довольно странно, полупрозрачная, то появится, то исчезнет. Может, это был всего лишь остаточный шлейф, который уже испарился.
- Ты уверена?
До откровенной лжи опускаться не хотелось, поэтому я воздержалась от ответа.
- И каков твой план? - поинтересовался Алмаз.
Вот он последний шанс признаться, что никакого плана у меня нет. И я не хочу, чтобы он уходил.
- Нас могут искать. Тебе опасно приближаться к границе. Завтра с утра я встану на лыжи и уеду. Упряжку можешь оставить себе.
Сказала это с уверенностью, что поступаю правильно. Тогда почему же так тяжело на сердце и плохо от мысли, что мы расстанемся навсегда? Неужели я так сильно к нему привязалась?
- Проклятье эфира! Как это у тебя получается? - Алмаз вылез из спального мешка и поднялся на ноги.
- Что? - я откинула край одеяла и села.
- Раз за разом поступать вопреки здравому смыслу!
Он подкинул веток в костер. Искры взметнулись вверх, и скрылись в отверстии в крыше.
- Что ты имеешь в виду? - я придвинулась ближе к огню и устроилась на настиле, обхватив колени руками.
- Ещё в первый вечер нашего знакомства, я подумал, что с тобой что-то не так. Тогда я откровенно нагрубил тебе, а ты продолжила нянчится со мной. Все гадал, в чем тут подвох.
- Почему ты искал подвох?
