В нос ударил резкий болотный смрад. Светозар сморщился от едкого запаха. Столб зашевелился, а потом из него во все стороны стали расти, удлиняясь, чёрные щупальца. Светозар яростно протёр глаза, чтобы убедиться, что всё это ему не мерещится.
Щупальца опустились куда-то внутрь и извлекли из своего омута бездыханное тело. Сердце Светозара дрогнуло от дурного предчувствия. Болотная жижа стекала, оставляя на белой коже девушки грязные разводы. Её длинные волосы облепили плечи и грудь, глаза были закрыты, а руки безвольно повисли вдоль туловища.
– Ясна… – прохрипел Светозар и почувствовал, как тело немеет от нахлынувшего ужаса. – Нет, нет, нет!
Елеса была права! Материнское чутьё подсказало ей, что с дочерью случилась беда. Но Светозар пришёл на болото слишком поздно! Его охватил ужас при мысли, что Ясна мертва, а он ничем не мог помочь.
Монстр в это время поднял неподвижное тело болотницы вверх и издал оглушительно громкий гортанный звук. Из кустов тут же показались зелёные головы кикимор, они завыли в ответ, вторя этому звуку противными скрипучими голосами.
– Чёрная Трясинушка! – прокричал Светозар, выходя из своего укрытия. – Вот и свиделись мы с тобой.
Он резким движением вынул из ножен кинжал. Монстр с противным хлюпающим звуком повернулся в сторону Светозара. Глаза Трясинушки были чёрными, как ночь, и бездонными, как отчаяние.
– Решила силы свои попробовать и, как Висла, занять место болотного хозяина? Ах ты, мерзкая ненасытная тварь! – Голос Светозара прогремел над болотом.
Кикиморы попрятались по кустам, время от времени шипя от страха. Чудище опустило Ясну и, извергая из себя потоки чёрной воды, огромным червём подползло к лесному хозяину. Толстые щупальца Чёрной Трясинушки потянулись к Светозару, но он ловко обрубил их кинжалом. На их месте сразу выросли новые, сильнее прежних.
Светозар размахивал кинжалом налево и направо, рубил раз за разом тянущиеся к нему со всех сторон длинные руки монстра, но они росли и множились. Монстр неотрывно смотрел бездонными глазами на юношу, и во взгляде его не было ничего, кроме безразличной пустоты.
– Болото есть болото. Гнилое насквозь! Ничего здесь хорошего не было и не будет, кроме самой Ясны. Да и ту оно, похоже, сгубило…
Сказав это, Светозар опустил меч, подпуская монстра ближе к себе, и тут же многочисленные руки-щупальца, холодные и скользкие, схватили его, сжали так, что не продохнуть, и подняли высоко вверх. Монстр раскрыл круглый зев, из которого струйками стекала вниз жижа, и уже намеревался проглотить лесного хозяина, как тот вдруг изловчился, взмахнул кинжалом и отрубил Чёрной Трясинушке большую круглую голову.
Туловище чудовища мощной громадой рухнуло на поверхность топи, быстро погружаясь обратно, в необъятные недра болота. Светозар, разгребая руками жижу под собой, полз к Ясне, лицо которой уже почти скрылось в трясине. Он вытащил девушку на твёрдую поверхность, положил её голову на болотную кочку и рухнул рядом с ней на колени, тяжело дыша. Болотница не шевелилась. Губы её уже отдавали синевой, лицо напоминало застывшую восковую маску.
– А-а-а-а-а! Ясна! Прошу тебя, не умирай! – закричал Светозар, и голос его наполнился болью и отчаянием.
Эхо разнесло его скорбный крик по всем направлениям. Кикиморы не высовывались из своих кустов, боялись попадаться на глаза Светозару. С холодным безразличием они ждали, кто сейчас объявит себя их хозяином или хозяйкой.
Светозар кричал, бил Ясну по щекам, растирал руки и грудь, пытаясь вернуть её к жизни, но всё было без толку. Её сердце не билось. Поднявшись на ноги, он вытер мокрое от слёз лицо и обхватил голову руками. Потом снова сел и взял Ясну за холодную руку. Несколько минут он смотрел на свою мёртвую возлюбленную.
– Часть меня навсегда останется здесь, с тобой, на болоте. Потому что моё сердце навсегда принадлежит тебе. – Голос могучего молодого воина заметно дрожал, но взгляд его был суров и твёрд. – Прости, что не успел. Не спас тебя. Прости, что пришёл на болото слишком поздно.
Светозар аккуратно сложил руки болотницы на груди, бережно поправил её спутанные волосы и поцеловал в губы. А потом снял с шеи амулет Жива и положил его на грудь девушки.
– Пусть камень твоего отца будет с тобой. Он принадлежит тебе по праву. Ты его дитя, ты – наследница Жива.
Отвернувшись, Светозар закрыл глаза, пытаясь собраться с духом перед возвращением в лес. И вдруг услышал слабый стон. Подскочив на месте, он резко обернулся на звук и увидел, что амулет, лежащий на теле Ясны, светился мягким сиянием, а грудь девушки вздымалась и опускалась. Щеки её порозовели, ресницы задрожали. Светозар склонился к лицу возлюбленной, коснулся губами её губ и почувствовал тёплое дыхание. Сердце его готово было выскочить из груди от восторга.
– Жива! – восторженно шептал он. – Ты жива!
Ресницы болотницы затрепетали, она открыла глаза и посмотрела на Светозара так, как будто бы долго ждала его.
– Светозар… Ты всё-таки спас меня… Спасибо! – прошептала Ясна, улыбнулась и снова закрыла глаза. – Я знала, что ты придёшь. Я звала тебя.
