Вкратце описав Генри ситуацию, все четверо на какое-то время умолкли. То и дело один кто-нибудь кидал встревоженный взгляд на дом.
- В любом случае Анна узнает и лучше это мы расскажем ей. Тянуть бессмысленно. Учитывая ее положение…, - решил Генри.
Серж видел, как сильно переживал отец за свою дочь, на деда вообще было больно смотреть. Старик пытался храбриться и уже подвязался найти лучших адвокатов, но с каждой минутой горбился все больше и больше под тяжестью свалившейся проблемы. Из оцепенения их вывел Оди. Он наскочил на гостей с заливистым лаем и упорно стал приставать к своему благодетелю Сержу, выписывая невероятные пируэты в воздухе. Ему хотелось пастилы, а всем остальным удавиться.
Элен увидела, как к дому направляются Бен, Генри с прибывшими гостями. Она как раз заканчивала с уборкой в холле. Женщина поспешила открыть дверь.
- Элен, позови Анну в кабинет. И завари липового чая, - быстро распорядился Генри, его голос модно было даже назвать грубым.
Все четверо молча направились в библиотеку, но тут Генри резко обернулся.
- И еще!
- Да, сэр.
- Позвони доктору Берклату, пусть приезжает прямо сейчас. Встретишь его и проводишь на кухню, - Генри замолчал и нехотя добавил, - вдруг он понадобится.
Не задавая лишних вопросов, Элен метнулась к телефону. Ей и в голову не приходило, что еще могло случиться, для чего нужно присутствие доктора. Неужели на бедную Анну опять обрушились несчастья? Наверняка, этот Дэнвуд что-то натворил. Беды Версдейлов начались именно после его появления в их жизни.
От тяжелых мыслей Элен настолько распереживалась, что даже не сразу услышала в трубке голос доктора. Перекинувшись несколькими фразами, она положила трубку на место и по привычке протерла ее от пыли сухой чистой тряпочкой, которую всегда носила в кармане.
Женщина с тревогой бросила взгляд на кухонную дверь и нерешительно ее приотворила. Анна сидела за столом и перечитывала сборник рецептов, который лично составила за пару десятков лет сама Элен.
- Анна, дорогая, тебя отец зовет. Он в кабинете.
Ничего не подозревая, Анна не переменилась в лице – все та же сосредоточенность, единственное, что было видно, это то, что ей совершенно не хочется отрываться от чтения. С тяжелым вздохом Анна встала. Только закончился первый триместр и высасывающая все силы тошнота отступила.
Пытаясь придать своему лицу хоть какое-то подобие нормального Элен всплеснула руками и ринулась к плите, на которой закипала вода в большой кастрюле. Спасение! Едва она отвернулась, на глазах выступили слезы.
Анна очень удивилась, когда вместе с отцом с дедом увидела в библиотеке Сержа и Кейт.
- Решили устроить сюрприз? – Анна улыбнулась нечаянным гостям, но улыбка – редкая гостья на ее лице в последнее время, быстро сбежала, когда никто даже не попытался разделить ее радость.
Отец подошел к Анне, и бережно обняв за плечи, усадил в удобное кресло.
- Что происходит? – Анна напряглась.
Будто прочитав ее мысли, Серж решил взять на себя нежеланную роль вестника.
- Анна, это касается ресторана.
От разочарования Анна мотнула головой. Теперь ее накрыло раздражение. Другие новости вряд ли могли выбить ее из колеи.
- Ты, главное не нервничай, помни о ребенке, - услышала она мягкий голос Сержа. – Бруно закрыли.
Ненавистные Сержу хождения вокруг да около были попраны и в этом случае. Он внимательно следил за реакцией Анны. Карие глаза сначала прищурились, с недоверием взглянули на него, потом на Кейт, а затем на ее лице стала расползаться глупая улыбка.
- Как это закрыли? Ты шутишь?
- Анна, позавчера была санитарная проверка, вмешалась Кейт.
- На каком основании!
- Поступила жалоба по факту отравления. Люди были приезжие. Вчера прислали заключение. В ресторане обнаружили кишечную палочку. Сегодня уже опечатали.
В это мгновение у Анны что-то словно вспыхнуло в голове, и все слова смешались в какофонию.
«Мы наймем лучших юристов….».
«Это фальсификация!».
«Дорогая, все расходы мы возьмем на себя».
«Интересно кому это выгодно так тебя подставлять?»
Все, за что она боролась последние несколько лет, ее передряги с родными и бои за независимость – все, абсолютно все оказалось напрасным. У Анны больше не было сил бороться, плыть против течения, тратить свои нервы, доказывать всем и себе свою состоятельность. Она осталась одна, практически уже с ребенком на руках, вполне может быть что обманутой единственным человеком, которого смогла полюбить за всю свою недолгую жизнь и у родителей на шее. Неутешительный итог.
Бен, Генри, Кейт и Серж еще несколько минут набрасывались с предположениями, решительными заявлениями и утешениями, когда поняли, что Анна их даже не слушает. Она сидела с остекленевшими глазами, уставившись в окно. Абсолютная пустота исходила от нее, липкая и заразительная настолько, что все четверо постепенно притихли.
