— Не мы такие, жизнь такая, — смеюсь я. — Работать наравне с мужчинами современным женщинам приходится.
Сегодня я обещала сыну заехать вечером и остаться на ночь, но ехать мне никуда не хочется. День оказался ещё тяжелее, чем я предполагала. Что-нибудь съесть, чтобы не возмущался желудок, принять душ, дольше, чем обычно, выпить чашку чая, плеснув туда чего-нибудь покрепче и лечь спать. Самая оптимальная программа на остаток вечера. Забыла. Ещё стоит пометить крупным шрифтом: ни о чём не думать. Не сегодня. Только сон. Без сновидений.
Осторожно сообщаю Артёму, что не приеду, но завтра, после работы обязательно навещу и постараюсь остаться на ночь. К счастью, сын не возмущается. К Стасу Молчанову, который зам начальника полиции и живёт неподалёку, приехал из столицы племянник. Антон — ровесник Артёма. Мальчики знакомы и хорошо играют вместе. Артём даже берёт его с собой во дворец спорта, играть за свою футбольную команду. Теперь мальчишки играют у нас во дворе, а бабушка балует обоих домашней выпечкой. Значит, сегодня я с чистой совестью могу побыть плохой матерью.
Немного отдохнув после лёгкого ужина, ухожу в душ. Он у меня просторный, сделанный по современным технологиям. Душевой кабинки нет. Помещение выложено специальной плиткой, а вода уходит в слив в полу. Так как все гигиенические и поддерживающие красоту тела процедуры провела ещё вчера, сегодня остаётся только наслаждаться любимым ароматом крем-геля для душа и тёплыми струями воды. Что и делаю, предварительно заколов волосы заколкой и направив потоки воды ниже уровня лица. Не хочется возиться с мокрыми волосами. Расслабившись, закрываю глаза и тут же натыкаюсь на образ Артура. Не того мальчишки, с которым попрощалась на вокзале, а того мужчины, с которым познакомилась пару часов назад. Я снова ошиблась. Мой город на моей стороне, все эти три дня он водил нас разными дорогами. Но едва стоило перешагнуть за его порог, мы всё же встретились. И что теперь с этим делать, я пока не знаю. А Артур никак не хочет исчезать из моей головы. Снова чувствую его руку на своём бедре, вдыхаю новый незнакомый запах, вспоминаю мимолётное касание о его плечо. Каким бы был наш поцелуй? Как бы ласкали его руки? Что почувствует моё тело, когда он проникнет в меня? Где-нибудь в темноте и тишине старой части парка, у нашей полуразрушенной беседки. Несмотря на то, что сверху на меня льётся вода, я представляю вместо её Его руки. Низ живота наливается тяжестью, внутри лона становится мокро. Как и прежде, когда я думаю о Нём. Мы оба изменились, но только не реакция моего тела. Я не хотела его пока не узнала. Теперь, не зная его, всё также продолжаю хотеть. Не в силах остановиться, касаюсь правой рукой складочек между ног. Тру и поглаживаю, не решаясь двинуться дальше. Обычно самоудовлетворением я не занимаюсь. Не считаю себя страстной и зависимой от секса натурой. Вполне хватает подобного насыщения в постели с мужем и иногда, очень редко, позволяю себе немножко сладенького. Очень-очень редко. Моё сладенькое настолько вкусно, что его желает большая половина женщин города. Иногда мы появляемся в обществе вместе. И я вижу, какими взглядами его одаривают женщины. Тогда невольно начинаю думать о том, что для меня сладенькое всегда вне очереди. Приятно всё же, когда вы не спрашиваете: «Кто последний?», а гордо проходите вперёд. И перед вами молча расступается вся очередь, пропуская к свободному окошку, где всегда ждут только вас.
Мои пальчики с короткими ногтями проникают всё глубже между складочек, когда я понимаю, что в мою входную дверь звонят. И уже не в первый раз. Это странно. Гостей я не жду, а посторонние посетители ко мне не приходят. К тому же звонят в дверь, а не в звонок, который расположен на уличной калитке. Значит, мой нежданный гость открыл её своим ключом. Комплект ключей есть у мужа, у мамы и сына, и у Марека. Но лишь муж может отключить сигнализацию на входной двери, которую я включила, собираясь в душ. Но и муж никогда, без срочной надобности, не приходит в этот дом. Отключаю воду, не вытираюсь, а лишь промокаю тело полотенцем и обвёртываю им же, быстро выходя из ванной. К звонку в дверь добавляется звонок телефона. Марек. Сбрасываю вызов и смотрю в камеру видеодомофона. Опять Марек. Это странно. Он тоже приезжает очень редко, обычно, заранее предупреждая о своём визите. А в день, подобный сегодняшнему, вообще никогда. Может, что-то случилось? Отключаю сигнализацию и щёлкаю замками.
— Почему телефон не берёшь? — ворчит он, закрывая за собой дверь на внутренний замок и щёлкая сигнализацией.
— Не ждала, что кто-то будет звонить, — отвечаю я, окидывая его быстрым взглядом. Те же брюки и рубашка, что были на нём днём. И лёгкий запах алкоголя. Но не пьян. Я ни разу за время нашего общения не видела, чтобы Добровольский напивался. — Что-то случилось?
— Нет. Всё, что могло случится, случилось в этом городе десять лет назад, — тихо произносит он. — Посидели немного с Артуром, как и планировали. Но домой вернуться я не смог. Слишком много всего накатило.
