– Ты чего? – ошарашенно посмотрел он на подругу.
– Да вот проведать тебя пришла. Как нога?
Парень поморщился.
– Ну вот, зачем напомнила. Я только забывать начал. Вечно от тебя одни расстройства.
– Ну уж извини. Я присяду тут с вами. Вы позволите? – громко спросила она ребят.
– Конечно, садись!
– Только рады будем.
– Что, надоел он тебе? – сочувствующее спросил Ванька Полину, так чтобы никто не слышал.
– Не говори, – Полина плюхнулась на свободный стул рядом с парнем и налила себе выпить. – Но, кажется, его обаяние зацепило Катю. Я надеюсь, она отвлечёт его.
Тут разговоры стали затихать, сменяясь на благоговейный восторженный шёпот. Полина посмотрела в сторону старейшин, где Фавра встала со своего места и направилась к полыхающему кострищу. Это послужило знаком всем присутствующим и всплески смеха и разговоры, гуляющие волнами по площади, прекратились. Общий гам разгладился, дети, бегавшие среди столов, закончили игры и разбежались по своим местам рядом с родителями.
Все внимательно глядели на Олли, который вновь поднялся с места, держа в руках деревянную кружку.
– Я приветствую вас, друзья мои! – его глубокий голос разнёсся по площади. Гул и треск от священного костра аккомпанировали старейшине. – Я рад видеть всех в добром настроении и пью за ваше здоровье
Мужчина поднял вверх кружку, из которой плеснули хлопья пены и сделал несколько больших глотков. Полина с Иваном, как и прочие присутствующие, повторили за ним этот жест. Олли утёр рукой губы.
– Уже завтра мы с главами наших семейств отправимся в Гнездо на великий торг, – из-за столов раздались одобрительные возгласы. Это событие было важным и знаменовало собой начало нового года, новых деяний. – Многие из вас останутся здесь присматривать за нашей Своельгой. Но разлука будет недолгой и не успеет зародиться новая луна, как мы вернёмся с богатым скарбом и подарками. Сейчас, как того требует обычай, мы вознесём дары нашим богам, которые хранят наши земли. Слава Одину!
Олли снова отпил из кружки. Своельжцы с удовольствием поддержали главу, отдавая дань уважения верховному Богу.
– Слава Макоши! – старейшина допил пиво и поставил на стол пустую кружку.
– Слава богам! – оглушающим эхом по площади разнеслось приветствие.
Теперь уже все двенадцать старейшин встали со своих мест и хором прокричали славу.
– Пришло время принести жертву! – громко вещал Олли. – Божан, Тойво, введите животных.
Божан и его светловолосый товарищ родом из лесов загадочной Суоми привели к костру упирающихся и громко блеющих козу и козла.
– Боги многое дают нам, – продолжал Олли. – Они орошают наши земли дождями, даруют солнечный свет и тепло, следят за тем, чтобы Зелёный лес всегда был полон дичи и наши стрелы неизменно находили цель. Они оберегают Своельгу от нечисти и иных напастей. Не гоже, если мы, люди, станем пользоваться их дарами и благословением безответно. Сегодня эта пара животных будет дарована Одину и Макоши, святому семейству, прародителям Первых людей!
Вокруг Полины раздались аплодисменты. Девушка за три года привыкла к кровавым жертвоприношениям. Да и в школе ванов на Ближних островах в первый год её нахождения в Миитланде учителя предупреждали о традициях и обрядах жителей севера Енкильмаала. Но всё же ей, выросшей в мире, где научные взгляды превалируют над варварскими пережитками, было странно и жутко наблюдать за тем, как в огонь льётся кровь существ, секунду назад ещё бьющихся в желании жить.
– Что, страшно тебе? – ехидно взглянул на Полину Ванька окосевшими от выпитого пива глазами. В первый раз, когда девушка присутствовала на Ночи обряда, её стошнило прямо на ноги парню.
– Осторожней, малец, не то я предложу Олли принести в жертву одного никчёмного паренька, который ходить без помощи другого не может. Как думаешь, – Полина прищурила глаз, в котором красным сполохом мелькнуло отражение пламени, – Один будет рад такому подношению?
Хоть Ванька и знал, что Полина шутит, всё же встревоженно сглотнул, покосившись на главу старейшин, который занёс длинный нож над козой, вырывающейся из крепких рук Божана и Тойво.
– Вот выздоровеет нога, я тебе устрою жертву, – обиженно огрызнулся парень.
Полина усмехнулась и сжала ладонь Ваньки в своей.
Тем временем Олли умертвил козла и теперь, собрав тёплую кровь в чашу, украшенную священными рунами, поднял её над своей головой.
– Во славу Одина, Макоши и Первых людей! – крикнул Олли, подошёл ближе к огню и плеснул содержимое чаши в костёр. Пламя взметнулось вверх. Тёмный дым взвился к чёрному небу, уже розовеющему на горизонте .
– Жертвенная кровь угодна богам! Поход в Гнездо будет удачным! – провозгласил Олли, делая шаг назад и проводя рукой по опалённым светлым бровям. Люди радостно вскочили и начали обнимать друг дружку.
