- Я не думаю про романтику и прочую ерунду. Я имею в виду эротический опыт. Мне было бы интересно. Возможно, твинсам тоже. Кевин смотрел на меня с любопытством. Поверь, я чую такие вещи. У меня есть тайна, - Филипп наклонился к дрогнувшему черному уху. – Я не могу влюбиться в простого человека. Я смог бы разделить любовь лишь с равным себе по силе, по духу. Но я слишком сильный. Физически. Морально. Я с рождения боролся за жизнь и никому ее не доверю. Ты мой друг, Барсик, и к тебе я испытываю, пожалуй, самые искренние эмоции. Остальные люди, включая Леди и молодого Лорда, вызывают во мне, в лучшем случае, любопытство и желание секса. Они слишком слабы для серьезных чувств. Такова моя природа.
- Твоя непонятная философия падет, когда однажды ты посмотришь в чьи-то глаза и поймешь, что пропал, - тихо сказал Барсик.
Филипп покачал головой.
- Я скептик. И я кентавр.
Барсик с шумом допил витаминную смесь.
- Пока вы тискались с Корой, я поговорил с Кевином, - серьезно сменил тему Филипп. - Близнецы заметили кое-что еще до того, как стало известно о помолвке. Пока ты сначала работал эмоциональным сканером на азиатских встречах, потом обижался на Хозяина, а следом переживал новости со своим организмом, тот рыжий мальчик потихоньку привлекал внимание экзотическими новинками. Играл на странных инструментах, от которых у твинсов болела голова, рисовал что-то, намешивал какие-то напитки.
- Обычная практика умного соблазнения, - пожал плечами Барсик, непроизвольно морщась.
- Он проводил красивые чайные церемонии, но угощал только Отца Сити… На просьбы кого-то из девушек отозвался, что напиток предназначен избранным… - медленно выговорил Филипп. – Близнецам показалось это странным.
- Что ты хочешь сказать? – прошептал Барсик.
- После этих чаепитий твой Хозяин сразу позвал Киу с собой. И в течение следующих дней постоянно приходил за ним. Сам. Смотрел, как очарованный, будто не мог оторваться. Кевин сказал, Хозяин вел себя совсем не как всегда. И даже не как с тобой, кис. Знаешь, Барсик, существует много смесей, вызывающих психическую зависимость, которые можно растворить в напитках…
- Этого не может быть! – воскликнул Барсик, мгновенно бледнея. – Его не могли напоить чем-то подозрительным! Ведь у Хозяина есть ТиКкей! Он должен был заметить неправильность в поведении.
- Должен был, - задумчиво кивнул Филипп. – Но не отреагировал на внезапное увлечение азиатским мальчиком. Может, ему тоже дали попробовать драгоценного чая… После рассказа Кевина мне видится что-то неправдоподобное в этой истории.
Кентавр прикоснулся пальцами к своему золотому чипу. Улыбнулся.
- Юный Лорд желает видеть меня в своей спальне. Я должен поторопиться. Увидимся завтра. Подумай о нашем разговоре.
Барсик думал полночи. Сидел у окна, наблюдал за лазерными лучами развлекательных центров и россыпями фейерверков в черном небе. Странным образом, его успокаивала мысль о том, что Хозяин отказался от него под действием каких-то таинственных смесей. Не по собственной воле. Не потому, что баст надоел или оказался слишком откровенно-любящим. Ведь до своей последней встречи с Хозяином Барсик чувствовал к себе ласковое внимание со стороны всесильного мужчины, и интуиция тревожилась только по поводу Киу.
Юноша пропустил тот момент, когда домой вернулась утомленная Эва. Супермодель удивленно посмотрела на впавшего в прострацию сына, молча оттащила его от окна, отвела в комнату и, лишь убедившись, что Барсик закутался в любимое одеяло по самые ушки и ровно задышал, приступила к собственной реабилитации после долгого дня.
Следующим утром, после посещения диагностической лаборатории врача-андроида, Барсик расположился дома перед новостной панелью. Непонятная тревога заставляла его снова и снова просматривать светскую хронику последних двух недель. Теперь, когда Барсик пристально вглядывался в каждый жест знакомой фигуры, укутанной в церемониальный алый плащ и с золотой полумаской на идеальном лице, он подмечал много странностей. Внимание баста привлекли несколько официальных встреч, когда рядом с Отцом Сити находился рыжий Киу – в длинных бесценных шелках, с закрытым лицом, лишь раскосые черные глаза сверкали поверх полупрозрачной вуали. Хозяин постоянно касался хрупкого плеча пальцами, словно внезапно утративший зрение, ежеминутно проверяя, рядом ли поводырь-помощник. Его высокая фигура уже не излучала спокойную силу и уверенность. Отец Сити казался равнодушным и растерянным. Барсик чувствовал несоответствие всеми рецепторами, хвост нервно колотился о коленки, а уши напрягались и дрожали кончиками.
- Не нравится? – услышал он вдруг знакомый голос и быстро обернулся. Увлекшись своими ощущениями, баст даже не услышал, как умная иллюзорная дверь пропустила в квартиру Филиппа.
- Ты прав, Фил, - Барсик лихорадочно переплетал длинную черную косу, ловкими движениями пальцев пытаясь успокоить расшатанную нервную систему.
