– Сначала поесть, – сказала я, ничего лучше не придумав.
Марфа Степановна буквально запыхтела, всем своим видом показывая, как не вовремя я появилась. Если экономка думала, что перед ней стоит тихая девица, то ошибалась. В папенькином доме работало больше тридцати слуг и уж командовать ими я умела. Здесь придется пойти на хитрость. Деньги любят все, даже такие чопорные дамы.
– Моя маска обшита настоящим жемчугом, – я сняла маску и положила на стол. – Вы мне комнату, двадцать золотых, ужин, еще теплый плащ, ботинки и шерстяные чулки для путешествия до Златоустья. Я вам такую красоту. Договорились?
– Хм, – Марфа Степановна вела себя, как опытный торговец. В том, что она потребует еще что-нибудь, я не сомневалась. – Столько всего вы хотите получить, госпожа Кошкина, и за такую малость. Несколько жемчужин… Прибавьте к ним золотые браслеты и ожерелье. Ваши украшения будут у меня в безопасности, и вы всегда сможете за ними приехать и выкупить.
Я выросла среди купцов и часто бывала на рынке, поэтому знала людей. Знала, когда в них просыпается жадность или азарт, знала, когда стоит поднять цену или наоборот, немного опустить. Вот и сейчас я ловко подводила экономку к нужному решению. Еще немного – и Марфа Степановна угодит в ловушку.
– Я должна вам признаться, – я перешла на шепот, и женщина слегка нагнулась вперед, чтобы меня услышать. – Мой отец не такой состоятельный, каким хочется показаться. Все мои украшения – подделка.
– О, – лицо Марфы Степановны вытянулось.
– Смотрите, золото никогда не станет так гнуться. – Конечно, а вот наполненный магией амулет – вполне. Я сжала широкий браслет и мои пальцы продавили металл, но, когда я убрала их, украшение снова стало гладким. – Видите? А вот на маске жемчужины настоящие, одна только стоит, как хорошая породистая лошадь. А их здесь больше двадцати.
Это было правдой. Или почти… Пусть цена жемчужин была немного меньше, но об этом Марфе Степановне знать не стоит. Вон как у нее глаза загорелись, и она буквально вцепилась скрюченными пальцами в мою маску.
– И почему я должна вам поверить? Вдруг и ваши… жемчужины всего лишь стекло, – тихо произнесла экономка, но глаза ее выдавали. Она хотела, чтобы маленькие камешки не оказались побрякушкой. И я сказала женщине, что она хотела услышать.
– Это подарок от постоянного покупателя. Смотрите, – я попыталась взять из рук экономки маску, но она держала крепко. Я настаивать не стала. – Потрогайте жемчужины, они все шероховаты и немного отличаются размером.
– Да, так и есть. – восторженно воскликнула Марфа Степановна и тут же постаралась собраться. – Госпожа Кошкина, я знала, что жемчужины настоящие, а вот в остальных украшениях сомневалась. Но, так или иначе, все что я предлагала, это только для вашего удобства. Будет вам комната и ужин, и все, что вы просите.
Глаза экономки алчно блестели, наверняка, женщина уже представляла, что она купит, продав маску. Через некоторое время я вошла в небольшую комнатку. Пусть. Это не страшно. Даже то, что не было ванной комнаты, а вместо нее раковина и ведро холодной, но зато чистой воды. Ужин, теплые вещи и несколько золотых также были доставлены. Осталось дождаться завтрашнего вечера, и я буду у тети Инессы. Все станет казаться смешным приключением, а встреча с князем – приятным событием. Я простила ему сугроб, и даже то, как Дмитрий быстро избавился от меня. Мои глаза закрывались, и я вскоре крепко заснула.
***
Дмитрий медленно приходил в себя с трудом открывая глаза. Казалось, что веки стали такими тяжелыми, и чтобы поднять их надо приложить немало усилий. Князь увидел балдахин и сразу понял, что находится в спальне, где он всегда останавливался, когда гостил у дяди. Дмитрия раздели, уложили в кровать и, скорее всего, рядом должна дежурить служанка… Не успел маг пошевелиться, как балдахин откинулся и показалось бледное лицо камердинера графа. Молодой светловолосый мужчина, которому дядя доверял особые дела.
– Здравствуйте, князь. Я рад, что вам уже легче, и вы пришли в себя. Воды? – спросил камердинер и Дмитрий кивнул: во рту действительно пересохло и немного мутило. Князь жадно припал к кружке, слуга поддерживал его, а когда Дмитрий упал на подушку, сказал: – Я сейчас позову графа.
Стало немного легче, мутить перестало, и князь решил попробовать встать, когда камердинер вышел. В спальне пахло травами, а перед кроватью стоял чистый таз, на прикроватной тумбочке лежало полотенце. Магия восстанавливалась, и Дмитрий уже ощущал ее силу в крови, а вместе с ней росла злость. На себя, на того, кто хотел его убрать. Не так просто убить мага. А может, и не хотели? Решили припугнуть? И кого? Князя Драконова, чей род берет начало с древних времен. Предки Дмитрия когда-то сидели на престоле и правили маленькой страной, потом начались междоусобицы и победил род нынешнего императора, а, чтобы сохранить мир, Драконовы породнились с Громовыми.