Что за бес вселился в меня?! Откуда во мне взялась эта строгость и требовательность? Как вообще хватило смелости так разговаривать с женщиной, что выглядит в два раза старше меня?
Я вела себя так, будто родилась госпожой и всю жизнь только и делала, что отдавала приказы. И чувствовала себя при этом совершенно естественно!
«Молодец! — хрюкнул у меня в голове уже знакомый писклявый голосок. — Пора задать жару этим лентяйкам!»
«Привет, шиза, — с трудом сдержалась, чтобы не поднести палец к виску и не покрутить, — А ведь все так хорошо начиналось…»
«Дак и сейчас неплохо идет, — новый смешок. — Чего кручинишься?»
Я побрела по дорожке, прислушиваясь к голосу в голове. На секунду вспыхнула надежда:
«Слушай! Как тебя там… Шипшик?»
«Ну?» — голосок притворно вздохнул.
«Дай хоть малюсенькую подсказку! Скажи, с чего начинать?»
«А ты и сама отлично справляешься».
Издевается? Хорошо, зайдем с другой стороны.
«Ты знаешь, кто такая эрла Леврон? Она человек? Может, маг?»
«У людей нет магии. Глупо об этом не знать».
«Значит, она не человек? — Я невольно подобралась. В голове вспыхнул сигнал опасности. — А кто?»
«Сама догадайся!»
Голосок, а вместе с ним и чужое присутствие в моей голове, испарились. Я нервно выдохнула. Поймала внимательный взгляд Эйрана и поспешно отвернулась, делая вид, что смотрю на фасад главного здания.
Пора переходить ко второй части Марлезонского балета. Наведаться в вотчину эрлы Леврон.
Я быстро пристроила к делу Наргеля и его товарища, назвавшегося Тинаром. Спасибо Шипшику, подсказал, что дарги умеют частично трансформироваться. Покрываться чешуей в человеческом обличии, выпускать клыки, когти и крылья. Габриэль как раз что-то такое продемонстрировал при первой встрече. А потолки в замке высокие, их только крылатым и чистить.
Бедняги с каменными лицами вооружились метлами, расправили крылья и взмыли под закопченные, затянутые паутиной своды. Я немного полюбовалась, раздала последние указания служанкам, пригрозив, что если до вечера в столовой не будет порядка, то они сами останутся без ужина, и отправилась в Западное крыло.
По дороге опять засмотрелась на Башню. Интересно, Габриэль еще там?
Ладно, проголодается — сам придет. Не может же он там сидеть вечно.
Но как я ни пыталась выбросить мысли о нем из головы, легче не становилось. Желание увидеть этого гада только росло.
В общем, в класс к девочкам я вошла в подавленном настроении. Но на этот раз обошлось без сюрпризов.
Едва я появилась на пороге, эрла Леврон замолкла, обрывая себя на полуслове, и выразительно приподняла белесую бровь. Я ответила ей лучезарной улыбкой.
— Дети, поприветствуйте льеру, — она быстро сориентировалась.
Сегодня здесь были все девочки. Лин сидела у окна, уткнувшись в какую-то книгу. Судя по рисунку на обложке, это была геометрия. Би, высунув язык от усердия, что-то рисовала мелками на грифельной доске. Мэй слушала эрлу, разинув рот. И только Иви скучала, качаясь на стуле.
Она единственная не повернула головы, когда я вошла. Но ее парта была возле окна, куда и смотрела девочка. Значит, могла видеть, как я иду по дорожке. Вот ведь хитрюга!
Нуэр и Эйран замерли на посту у двери.
Девочки поздоровались нестройными голосами. Би тут же вскочила с места, подбежала, тыча мне в нос свой рисунок:
— Смотри! Это папа, а это Тэй!
На черной поверхности ребенок изобразил крылатого человечка, держащего за руку такого же, но поменьше. Они оба смотрели в небо, где проплывали аккуратные облака, похожие друг на друга. А за их спинами высилась немного кривоватая Башня. Трудно было ее не узнать.
Меня на рисунке не оказалось. Как и сестер. Этот момент неприятно царапнул, ведь устами младенца, как известно, глаголет истина. Никто из нас Габриэлю не нужен. Правильно Лин сказала: его жизнь — это Башня, алхимия и долгожданный наследник.
Спрятав разочарование, поцеловала малышку в щечку:
— Молодец, очень красиво!
И она довольная побежала на место. Я же прошла к софе у дальней стены и уселась с самым независимым видом. Милостиво кивнула гувернантке:
— Продолжайте, эрла.
Она окинула меня нечитаемым взглядом, развернулась к детям и продолжила с того места, на котором замолкла:
— Итак, много лет назад на земле, где сейчас стоит Нарг-та-Рин, жили кочевники. У них не было ни магии, ни письменности, ни собственных домов. Но они чтили Духов, живущих в Разломе, и исправно приносили им кровавые жертвы. Когда пришли дарги, жертвенники были разрушены, шаманы убиты, а остатки племени загнаны высоко в горы, где погибли от холода и болезней.
Леврон сделала эффектную паузу, удовлетворенно усмехнулась, глядя на меня, и продолжила:
— Но Духи остались. Они все еще там, в ущелье, что по преданию достает до самой Обители Мрака. И они хотят есть.
От ее зловещего голоса у меня по спине побежали мурашки. В словах гувернантки был явный намек, точнее угроза. Ее черты на секунду всколыхнулись, как отражение в потревоженной воде. А через миг все пропало. Не пропала только холодная змеиная усмешка, замершая на тонких губах.
Я откашлялась:
— И чем же питаются Духи?
