Выбор оказался нелегким. С одной стороны, мне очень хотелось увидеть рождение дракончиков! Мое сердце билось в теле и рвалось в этот грот, откуда слышались восклицания девочек. Я каждым фибром души ощущала, что теряю драгоценное время.
А с другой…
Я не верила Эмме. Ей зачем-то нужно остаться на выходе. Вряд ли чудовище из Разлома боится маленьких анкров!
— Ладно, — наконец, выдала я. — Раз вы так боитесь за свое здоровье, я просто не могу заставить вас рисковать. Но вы же не будете против, если Нуэр присмотрит за вами? 1050c42
И растянула губы в самой заботливой улыбке, на которую только была способна.
— О… Это не требуется…
— Нет-нет, что вы! Я настаиваю! Мне будет не по себе, если я оставлю вас тут одну! Нуэр, — обернулась к нему и сделала выразительный взгляд, — отвечаешь головой за сохранность эрлы!
Тот молча кивнул.
Эмма нехотя подчинилась, не стала открыто спорить со мной. Но, несмотря на это, я решила быть начеку.
У входа в грот на миг оглянулась.
Восемь взрослых анкров и Нуэр. Они обеспечат мне прочный тыл. Я могу на них положиться…
Если бы я тогда знала, как ошибаюсь!
Широкий коридор, вырубленный в скале неизвестными мне мастерами, вывел в пещеру. Еще у входа я мельком подумала, что внутри должно быть темно, но мои опасения оказались напрасны. Стены и потолок пещеры светились ровным зеленоватым светом. С куполообразного свода спускались светящиеся сталактиты. Мне вспомнились люминесцентные водоросли и грибки из моего прошлого мира. Наверное, здесь было нечто подобное.
Но не они привлекли мой взгляд.
Я засмотрелась на драконье гнездо.
Посреди пещеры белел круг, выложенный из больших сероватых камней. Внутри него на толстой подушке из сосновых лап лежали крупные, размером со среднюю дыньку, яйца металлического окраса. Я насчитала шесть штук. А рядом сидели на корточках и галдели девчонки, то восторженно ахая, то толкаясь плечами, то тыча пальцами куда-то в гнездо.
Счастливой мамаши не было видно.
Я на всякий случай вгляделась в ту часть пещеры, что скрывалась во мгле, но не ощутила присутствие зверя. Зато наконец-то услышала слабый хруст. И поспешила приблизиться к девочкам.
Так и есть! Дракончики энергично пытались пробить себе путь наружу сквозь плотную скорлупу.
А я ощутила желание коснуться хотя бы одного яйца. Узнать, какое оно наощупь. Твердое, как куриное? Или, может быть, плотное, кожистое, как крылья дракона?
Видимо, что-то отразилось у меня на лице, потому что ко мне торопливо шагнул Лиссар.
— Светлейшая льера!
— Да, меня предупредили, — не сдержала гримасы. — Не бойся, и пальцем не трону.
А ведь ручки как раз чесались потрогать!
Чтобы не поддаваться желанию, я не стала садиться, как девочки, а медленно пошла вокруг гнезда. Я разглядывала трещинки на верхушках яиц и считала шаги. А внутри все замирало от близости таинства, которое видишь, но не можешь коснуться рукой…
Взвизгнула Би, привлекая всеобщее внимание. Она забралась в круг камней. Встала коленями на колючие ветки и обхватила ладошками самое крупное из яиц. Его скорлупа радостно треснула, верхняя часть приподнялась и наружу показалась влажная, покрытая тусклой серой кожицей головенка. Безобразная, надо сказать. Птенец оказался похожим на ящерицу, только без чешуи.
Би склонилась над ним так низко, что я испугалась, как бы она не упала лицом в яйцо. Но вот девочка подняла голову. Новорожденный раскрыл зубастую пасть и издал воинственный клич. А потом без тени смущения впился в палец малышки.
Я инстинктивно дернулась к ней.
— Он ее укусил! — вскрикнула громче, чем собиралась. — У нее кровь!
И растерянно осеклась.
Малышка не плакала. Наоборот, с интересом смотрела, как птенец, переваливаясь с лапы на лапу и помогая себе крыльями, выбирается из яйца к ней на ладонь.
— Так надо, — заверила меня Лин. Ее глаза радостно блестели, а в руках, присосавшись к пальцу, недовольно попискивал второй новорожденный дракончик. — Это будут наши личные анкры. Наша крылатая свита. У меня уже есть один, — добавила она с тайной гордостью.
— Звездочка? — догадалась я.
— Да, — девочка немного смутилась. — Правда, я не уверена, что она сможет летать…
Я не стала расспрашивать. Зачем теребить детские раны, если все равно помочь ничем не смогу? Но из обрывков разговоров, слышаных ранее, я поняла, что с анкром Лин приключился несчастный случай. При первом полете что-то пошло не так, Звездочка не смогла взлететь и упала на дно ущелья. В результате: множественные переломы крыльев. Искалеченного анкра подняли, но вердикт целителя был однозначен: Звездочка никогда не сможет летать.
Лин рыдала три дня, почти ничего не ела, все просиживала в загоне, надеясь на чудо. Пока Аврора (та, бывшая Аврора) не потребовала от Габриэля прекратить беспредел и убить несчастное существо. Ей надоело слушать эти жалкие вопли.
