На меня напялили полные латные доспехи с поддоспешником, и я почувствовал себя словно сельдь в консервной банке. Жарко, тяжело, тесно, неудобно. Подвижность, кстати, была вполне сносной. Некоторые пируэты сделать не выйдет, но в целом сражаться и даже крутить сальто латы не мешали. Уже за несколько минут с меня от нагрузки и духоты семь потов сошло. И как только люди часами в такой хрени разгуливают?
— Итак, Лия, у тебя есть две минуты, чтобы научить меня обращаться с копьем и скакать верхом!
Эльфийка расширила в удивлении глаза и покачала головой:
— Не просите невозможного. Даже за золото здесь ничего не сделать. Уприте копье в специальный держатель в седле и цельтесь в центр силуэта. Шейх большой — промазать будет сложно.
— Понял. Пожелай мне удачи, милая!
— Пусть ваша эльфо-жена вам удачи желает, — фыркнула язва.
— Мастер Хоран, наподдайте гаду! — пожелала Ниуру.
— Нареченный справится, — скупо подметила Ульдантэ.
— Будьте осторожны. Бои верхом так опасны! — обеспокоенно высказалась Лейна.
Слуги помогли мне забраться в седло и подали тяжелое копье с тонким заменяемым деревянным наконечником. Видимо, чтобы снизить силу удара и не проткнуть оппонента ненароком. Благородные дуэли, как я понял, не ставили перед собой цель прикончить соперника. Нет, это способ выяснить, кто из двоих сильнее, а убивать не обязательно. Во все времена к дуэлям насмерть власти относились отрицательно. Это ведь гибнут лучшие люди страны: потомственные аристократы, чародеи, воители, мздоимцы и родственники правителя. Так что и правила боя сделали щадящими. А то порешают себя из-за ерунды и оставят королевство без руководства.
— Дуэлянтам приготовиться и встать на отмеченные зоны!
Теперь я понял, для чего в центре была прочерчена белая линия. У нас для этого использовали невысокий деревянный забор, разделяющий оппонентов. Здесь же пошли иным путем. На ристалище сражались в разных дисциплинах, так что забором его уродовать не стали.
Мякотка легко стелилась над землей и гарцевала от избытка энергии. Гурдихе тратить ману особо некуда, вот она и выделывалась иногда. Я подвел Мякотку к отмеченному знаку и стал ждать команды.
— Готов-сь, вдыхай, пришпоривай! Пошли! — крикнул наш секундант.
Я пустил Мякотку вскачь, Бхарад не отставал. Гурд моего противника также был развит, однако для моего питомца не дотягивал. Я выставил тяжелый ростовой щит слева, прикрыв себя от летящего копья и нацелил свое оружие на врага.
Раздавался стук тяжелых копыт, летели комья земли, гурд подо мной ходил ходуном, создавая чудовищную тряску. Лишь благодаря надежным стременам я еще не вывалился. Полные доспехи гремели, словно рокеры на концерте. За миром я наблюдал через узкую прорезь, которая значительно снижала видимость. Прицелиться в такой обстановке — уже подвиг. Скорее, приходилось бить наугад, надеясь, что копье попадет в цель.
Мы с Бхарадом почти сошлись в сшибке. Я уже видел летящий на меня наконечник копья. Однако произошло непредвиденное. Мякотка подо мной напряглась и чуть отвернула в сторону от противника. Опустила голову с рогами и исторгла из себя мощную желтую волну. Магический удар пришелся на гурда Бхарада. Конелосяшка такой подставы не ожидала.
Животное не справилось с управлением, получив чувствительный удар. Гурд покатился по земле, шейх следом вылетел из седла и тоже прокатился по арене, гремя доспехами. Звук походил на то, будто по кастрюле стучали поварешкой.
Мы пронеслись дальше и остановились. Мякотка посмотрела на поверженных врагов, затем повернула голову на меня и довольно фыркнула. Мол, смотри, хозяин, как я отделала этих неучей!
— Нарушение! Использовать магию в благородной дуэли запрещено! — выдал вердикт озадаченный судья.
— Мрадиш, ксарг ты пропитый, что за дела творишь⁈
— Это не я, это Мякотка. Она же у меня боевой гурд, а не дуэльный. Знает, что надо бить наверняка, чтобы уничтожить врага. Умничка, моя хорошая, — потрепал я гурдиху по холке. — Получишь вкусняшек после боя…
— Еще одно нарушение, и участнику будет засчитано поражение! — сурово произнес секундант.
— Все-все, мы большем не будем. Наверное… Мякотка, дай хозяину разобраться с этим петухом. Тебе еще найдутся противники. Бхарад — слишком слаб для тебя.
— Пр-фыр-фф-у! — ответила мне кобылка, покачав рогами.
Я предложил сделать несколько тестовых прогонов, постепенно уменьшая дистанцию между нами, чтобы Мякотка поняла, что бить магией по противнику не следует. Приказать напрямую ведь я ей не мог.
Дела пошли лучше. Пару раз Мякотка поворачивала в сторону и пригибала голову, но я останавливал гурдиху. Наконец, до нее дошло, что мы воюем понарошку. Мякотка издала, как мне показалось, разочарованный фырк. Мол, сами в свои игры играйте.
Добившись послушности от гурда, мы снова заняли стартовые позиции. Судья дал отмашку, и мы с Бхарадом понеслись друг на друга. Толстяка слегка потрепало при падении, но он получил быструю помощь от своего целителя, сожрал осколок, и поэтому снова рвался в бой.
