Я быстро наложил печати на тяжело-раненных. Лейна помогала бунтовщикам приходить в себя. У них тоже имелся маг, владеющий целебными печатями, но вдвоем сподручнее. Минтарс оценил жест доброй воли с нашей стороны.
— От ваших молний веяло Тьмой. Не каждый темный придет на выручку врагу, — заметил Воитель.
— Тьма Тьме рознь. Людей ведь не делают под копирку. Хорошо, что вы не успели серьезно навредить моим приближенным. Иначе я бы вас всех отправил на встречу с вашим покровителем. Ниликором, верно?
— Ниликор Всепрощающий защищает нас от скверны. Далеко не все из Сопротивления раньше поклонялись Ниликору, но сейчас иначе нельзя. Тьма расползается, и только светлые боги могут даровать защиту.
— Значит, вы боретесь с Черной Дланью?
— Мы хотим освободить Родлиган от скверны. Когда-то это было процветающее, богатое и сильное королевство. Сейчас же Родлиган погряз в войнах и постоянном кровопролитии.
— Вроде бы темным удалось отжать часть земель Амаркаса вместе с городами.
— Но что это за города? Призраки. Ведь в них пополняли темную армию. Создавали упырей и гнали их вперед. Королевство сильно не городами и не территорией, а людьми. Сколько рабов Черная Длань не купит, это не вернет Родлигану былое благополучие. Только мы, Святое Сопротивление, можем остановить темных и сделать Родлиган снова великим!
— Знакомые лозунги. В целом стремление похвальное. Я хочу помочь вам.
— Вы собираетесь бороться с темными, господин Мрадиш?
— Вот только иными методами, — усмехнулся я. — Пока я еще в самом низу темной иерархии, но собираюсь пробиться наверх. Ведь именно старшие и верховные жрецы всем заправляют, не так ли?
— И вы хотите, чтобы мы помогли вам взобраться вверх по карьерной лестнице? — удивился Минтарс. — И что же мы получим взамен?
— Когда я буду на хорошем счету в Черной Длани, то с моей помощью вы сможете нанести удар в самое сердце темных. Пока что это всего лишь призрачные планы. Мне нужно больше информации. Как о темных, так и о ваших возможностях.
— Я не имею права разглашать подобные сведения.
— Понимаю. Ничего, я вас не тороплю. Будем держать связь, Минтарс. Уверен, мы найдем возможность помочь друг другу…
— Приемлемо… — без особого энтузиазма согласился главарь партизан.
Мне он особо не доверял, что и неудивительно. Темные известны своим коварством. Да и на самом деле в моей душе продолжала идти борьба. Скорее, не бобра с ослом, то бишь добра со злом, а моей алчности и властолюбия с остатками совести, свободолюбием и со страстью к странствиям. Если я собираюсь делать карьеру в Родлигане, то останусь тут надолго. Да и работать на чужого дядю, пускай он и Бог, мне не хотелось. С другой стороны, служба в Черной Длани могла открыть путь к богатству, власти, избавлению от проклятья и даже… вечной жизни. Очень соблазнительно! М-м, фигуристые послушницы и бесконечный запас черных осколков. Таких печатей можно наворотить — закачаешься!
Я так для себя до конца и не решил, куда податься. Буду действовать по обстоятельствам. Посмотрю, к чему душа больше лежит, освоюсь. Может, мироздание подаст мне знак.
Не успели незадачливые бунтовщики убраться восвояси, как послышался топот копыт всадников. Минтарс скомандовал отход, и благородные бандиты бросились в кусты.
— Этот мужчина слишком слаб! Его нельзя транспортировать! — заявила Лейна, занимающаяся врачеванием.
— Мы позаботимся о людях, — кивнул я главе повстанцев.
Пришлось Сопротивлению оставить нескольких раненых на наши поруки. Медлить они не могли.
Вскоре к нам приблизился большой отряд всадников со знакомыми знаменами Черной Длани.
— Опять не успели? Где эти ксарги прячутся? Обыщите лес! — завопил один из жрецов. — Пускайте гончих!
— Не стоит так торопиться, — миролюбиво обратился я к главе темного отряда.
— Вы еще кто такой? Покрываете гнилое Сопротивление⁈ — выплюнул он.
— Свой я, темный брат, — продемонстрировал я сгусток тьмы в руках. — Хоран Мрадиш, на хорошем счету у самого Владыки.
— Старший жрец Хиватт, командующий третьим корпусом черной гвардии. Мы защищаем столицу и окружные земли от вредителей!
— Похвальное стремление! Порядок — это важно.
— Эти одежды… Бунтовщики! — заметил он раненых, которых латала Лейна. — Схватите их и выпытайте всю подноготную. Где расположен лагерь Сопротивления, кто ими командует!
— Я думаю, мы должны отпустить их, дорогой брат…
— Отпустить? Спятили? Кому вы служите, брат Мрадиш?
— Не стоит мыслить так узко. Позвольте, брат Хиватт, я поведаю вам свои мысли без лишних ушей. В наше время никому нельзя доверять. Кстати, мне можно, кши-ши-ши!
— Говорите! — с толикой презрения и надменности проговорил старший жрец.
Я подошел к гурду, на котором восседал брат Хиватт, и любезно похлопал по крупу. В шкуре и рогах животины виднелись черные отметины. Явно потчевали конелосяшку темными осколками. Отчего она выглядела мощнее и выносливее сородичей.
— Слухи до меня докатились, что все не можете вы никак избавиться от бунтовщиков, не так ли? — начал я речь.
