Хоран уступил право распоряжаться во время вылазки лидеру Святого Сопротивления. Воитель, надо отдать ему должное, умел строить людей и вести за собой. За Мрадишем люди или эльфы шли неохотно. Слишком неприятное первое впечатление он производил. Да и второе с третьим тоже. Ниуру понадобилось много времени, чтобы проникнуться к нему хотя бы небольшой симпатией. Ей и сейчас многое не нравилось в Хоране, но… как-то привыкла она к его особенностям, перестала так остро реагировать. Даже смех начал казаться забавным и слегка милым. Хотя пожечь его все равно иногда хотелось.
Оглядываясь назад, удивительно, какой путь проделали их отношения. Она ведь искренне мечтала убить хозяина. Какое-то время они вроде как сотрудничали. Теперь же Ниуру шла за Хораном по своей воле. Если сейчас он снимет с ее ошейник — убежит ли она? Эльфийка не была в этом уверена.
О будущем она особо не думала. Что может предложить бродячий торговец? Уж точно не спокойную жизнь со своим домом и огородом. Но Ниуру все более чем устраивало. Каждый день приносил нечто новое, интересное. Теперь они и вовсе проникли в Родлиган, втерлись в доверие к повстанцам и верховным жрецам. Не думала Красная, что сможет побывать в Гронкани — оплоте Тьмы.
— Пожжём темных прихвостней во славу огня! — оскалилась она.
Тьма вернулась к ней, словно и не покидала. Ниуру с тоской ждала момента, когда Хоран снова прикажет избавляться от скверны. Ей не хотелось прощаться с бесплатной силой и безбашенной уверенностью. Однако она верила мастеру. Если он скажет, что надо прощаться с Тьмой, Ниуру подчинится его требованиям.
Пока же Красная могла повеселиться от души. Что может быть прекраснее, чем жечь темных гадов, прислуживающих Владыке Ночи? Эльфы всех видов ненавидели культистов. Даже острее, чем сами люди. Наверное, потому что эльфы легко падали во Тьму. Целые поселения становились на путь зла, и их приходилось вырезать подчистую. Много страшных легенд ходило на сей счет.
Темный караван достиг места засады, и Минтарс повел сборное воинство в атаку. У бедолаг и шанса не было. Меньше десятка послушников и один жрец защищали темные ценности. На них навалилась целая орда из Святого Сопротивления, Лиги Без Оков и слуг Мрадиша.
Никаких переговоров и обсуждений не вели. Старая, добрая резня.
Лиетарис с Ульдантэ подоспели одними из первых.
— Куда лезете! Мне оставьте! — толкалась Ниуру.
Красная эльфийка успела урвать себе всего одного послушника. Алый огненный серп с едва заметными темными всполохами пробил хлипкую защиту. Пламя объяло культиста. Кричал он недолго. Второй сгусток пламени оборвал жизнь темного поганца.
— Хотя бы одного успела пожечь во славу огня…
— А Высокая прирезала двоих, — заметила Ульдантэ.
— Ничего, в следующий раз наверстаю!
Жреца забили разноплановыми заклинаниями и нашпиговали стрелами. Неллис, надо отдать ей должное, неслась на врага в первых рядах. Она же и приняла на себя удар жреца. Темный сгусток не нанес ей существенного ущерба. Божественная защитная способность надежно оберегала посланницу Аурифи, чтоб этим адептам икалось.
— Охраны действительно меньше, чем обычно, — подметил Минтарс. — Надо спешить. Если они успели подать сигнал через оскверненных птиц или иным способом, сюда быстро явится темная гвардия.
— Не будем задерживаться, — кивнул Хоран. — Что по грузу?
— В основном темные осколки. Уничтожим их. Или вы хотели использовать их для своих нужд?
— Вообще, было бы неплохо…
— Следование за Тьмой ни к чему хорошему не приведет, — отрезала Неллис. — Сжечь!
— Во славу огня! — добавила Ниуру и поддала пламени.
Повозки с грузом запылали, став на время похожими на извергающийся огнем вулкан из ее родных земель.
Хоран вздыхал, глядя на то, как уничтожаются темные осколки и другое добро. Большую часть имущества и оружия забрало себе Сопротивление. Как заявил Минтарс, им тоже требовалось вооружать бойцов. Мрадишу досталось немного трофеев в виде украшений и золота. Негусто, как он отметил, но лучше, чем ничего.
Сборный отряд Сопротивления отступил и растворился среди зарослей и лесных троп. Минтарс даже время определил, когда им можно возвращаться в город.
— Вы через обычные ворота проходите, или у вас есть свои пути? — уточнил Хоран.
— Есть варианты, — уклончиво заметил член Сопротивления. — Думаю, вам пока не следует о таком беспокоиться.
— Мне нужно будет предъявить что-нибудь темным.
— Есть один старый подпольный храм Ниликора. Он Сопротивлением почти не используется. Можете сдать его темным. Я дам адрес.
— Пойдет. Хорошо, если там будет пара-тройка прихожан.
— Мы же не Черная Длань. Сопротивление не жертвует своими! — возмутился Минтарс.
— Эх, тяжело работать с моралистами… — пробормотал Мрадиш про себя.
Хоран обсудил что-то с Минтарсом вдали от остальных. Ниуру не слышала, о чем они разговаривали. Затем коалиция повстанцев распалась. Все направились своими маршрутами.
Отряд Мрадиша двинулся в Гронкани. В Темной Обители Ниуру ощущала себя вполне комфортно, тогда как остальные ежились и морщились. Темные эманации давили на них.
