Тем временем дядя Миша задумчиво посмотрел на грузовики, подошел, похлопал по кузову одного из них. Послушал ответный гул.
— Если снять обшивку и очистить от краски, думаю, что смогу переплавить это и выковать что-то полезное, — задумчиво изрек он. — Если кузню поставить.
— Если получится, это будет просто великолепно! — оживился я.
— Конечно, не самый лучший для оружия материал, но всяко лучше, чем просто ножи, — добавил капитан, чтобы мы не слишком радовались.
Потом мы проверили, чтобы тела бандитов лежали так, словно погибли в схватке с охраной, сели в грузовики и поехали, куда указал Вадим.
На просеке мы дождались рассвета. Во-первых надо было отдохнуть, а во-вторых проверить, как наша маскировка выглядит с дороги. Оказалось, что не слишком хорошо. Пришлось пить зелья из бобров и валить деревья, якобы их повалило во время недавних штормов. Потом мы достали тачки из грузовика, погрузили несколько мешков зерна и удобрений, семена, пару ящиков флаконов и отправились в поселение.
В этот раз я шел последним и прятал следы. Говорили мало, берегли силы, а на привалах осторожно выспрашивали Вадима о его прошлом: за что изгнали, как выживал, как дошел сюда.
Он говорил. Много говорил, охотно, в деталях, иногда даже в лицах. Рассказал о старшем брате, который опасался, что Вадим попытается перехватить у него власть, а он ни в зуб ногой. Говорил о друзьях в академии, которые подставили его, сговорившись с братом. И о месяце в Пустоши тоже рассказывал — как было тяжело и как он едва не погиб. Особенно когда пришлось бежать от собак.
Мы кивали, переглядывались с Ильей. По усмешке дяди Миши я понял, что он тоже относится к рассказу скептически. Такой вот Вадим получается безвинной жертвой интриг. Нет, конечно, все может быть, но слишком красиво звучит, как в приключенческом романе.
— Это может оказаться правдой в той же степени, что и ложью, — тихо высказал и мои опасения Илья, когда мы шли позади всех и заметали следы.
— Проблема в том, что проверить его рассказ никак нельзя, — согласно продолжил я его мысль. — Следим за ним и предупредим Лену, чтобы была осторожнее.
— И Степановых, — добавил он.
На том и порешили.
По возвращении в деревню, нас встретили незнакомые люди.
— Ничего себе. Всего неделю гуляли, а без нас тут пополнение такое, — удивленно сказал Илья.
— Да, человек двадцать, не меньше, — озадаченно посмотрел я на деловитых мужиков за стройкой очередного дома и на детей, что носились вокруг в какой-то игре.
— Тридцать четыре, — сказала Лена. — Вместе с детьми.
Она подошла сбоку и обняла сначала Илью, потом меня. Показалось или нет, что меня она обнимала дольше? У нас приняли добычу и Елена повела нас отдыхать и знакомить с последними новостями.
— Они начали приходить на следующий день после вашего ухода, — говорила она, когда мы умылись и сели обедать. — Сначала нам показалось подозрительным такое совпадение, но Степановы узнали почти всех из них. Это донские беженцы и те, кто присоединился к ним за зиму, в основном народ из Курска и Воронежа. Они сказали, что придут еще люди.
— Их нужно проверять, — нахмурился я. — У каждого смотреть рисунок на руке.
— Да, шрамов не будет только у детей, — согласился Илья. — Магов нет?
— Есть один. Из Воронежа. Он привел самую большую группу. Станислав Гладков, — ответила Лена.
— Говорила с ним уже? — поинтересовался я.
— Да, выглядит нормальным мужиком. На власть не претендует. Мне показалось, он скорее выдохнул с облегчением, когда передал людей на наше попечение.
— Чем теперь он занят?
— Отсыпается. Он уводил группу от облавы, выпил много эликсиров, в основном на иллюзии и сокрытие разума. Много сил потратил.
— Ничего себе, — удивился Илья и отправил в рот последнюю ложку супа, прожевал. — Откат получил или что?
— Да, почти как Саша осенью, только без обморока. Но все равно, как говорится, краше в гроб кладут. А вы что за парня привели?
— Вадим Коновницын из Тулы. Наговорил много про себя, но как-то сомнительно, — ответил я. — Возможно именно потому, что много. Обычно про себя так не рассказывают.
— Может, он просто любит поговорить про себя? — предположила Елена.
— Нет. Он рассказывал с подробностями, какие обычно опускают.
— И говорят, только если про них конкретно спрашивают, — добавил Илья.
— Но проверить его слова нельзя, а маги нам нужны. Так что относимся с осторожностью, — закончил я.
— Хорошо, — озадаченно кивнула Лена. — Если готовы, идем знакомиться со Стасом.
Мы отодвинули пустые тарелки и чашки и поднялись. Елена отвела нас с Ильей к одному из недавно еще пустых домов. По дороге я заметил Вадима — он подсел к мужикам, что отдыхали от строительства, и завел с ними беседу.
— Вливается в коллектив. Что такого? — с недоумением сказала Лена при виде моего хмурого взгляда.
— Надеюсь, что все именно так, — пробормотал я.
