Но когда мы вернулись в берлогу, нас уже ждал Илья с незнакомым мужиком с обезображенной физиономией. Мужика представили как графа Кирилла Румянцева. На пальце его поблескивал перстень с тигровым глазом. После чего Илья рассказал, что происходит в деревне. И что мы уже рискуем опоздать на осаду. Про роль во всем этом семьи Румянцевых они тоже рассказали. Не все, я чувствовал недосказанность, но пока хватало и этого.
— Значит, выдвигаемся с рассветом, — решил я. — Жаль, что не могу взять аметист.
— Почему? — удивился Кирилл.
— Спирта нет. И всего неделю как поменял камень на сапфир.
— А потенциал у тебя какой?
— Не знаю.
— Это просто. Как проходили прошлые разжигания?
Лена сидела рядом и хмурилась, но вставлять реплики поперек старшего мага не стала. А я рассказал, что со мной происходило в прошлые разы.
— Все легко проходило. Значит, потенциал большой и до рубина включительно волноваться нет причины, — успокоил меня Румянцев, но смотрел на меня как на дивного зверька. Странно. — А спирт у меня с собой есть. Аметистовый маг там очень даже пригодится.
Я посмотрел на мрачное лицо Лены и чуть не отказался. Но Кириллу я не видел смысла не доверять и в итоге решился.
Он же помог мне советом и в итоге нужный эликсир я сварил со второй попытки. Когда же решил выпить, Лена вылетела из берлоги. Мы поговорим потом, а сейчас важнее дело. Я, Кирилл и Илья ушли все на ту же полянку. Вокруг народ готовился к походу. Меня тронуло, что они поверили мне и решили бороться. Впрочем, возможно они просто устали скитаться.
Я выпил эликсир. Выпустил в сторону облако парализующего яда. И остался на ногах.
— Вот. Я же говорил, что все будет в порядке, — заявил Румянцев и хлопнул меня по спине. В этот раз я даже не покачнулся, как когда-то от похожего знака одобрения от дяди Миши, а ведь Кирилл сильнее физически.
Не в порядке стало на следующий день. Через час после выхода у меня началась лихорадка. Через два я потерял сознание.
Что-то было не так. В улыбках и словах Ирины и Василия Вадим видел фальшь. Сегодня они встретились последний раз перед карательной операцией. Уже этой ночью он откроет ворота и впустит их в деревню. Но почему интуиция кричит не верить им? Все же договорено.
Они пожали друг другу руки, попрощались и он ушел. Замедлился за поворотом, но городские молчали. На дорогу вышел боец и скрестил руки на груди. Его провожают, догадался Вадим, не хотят, чтобы… чтобы что? Чтобы он что-то услышал? Ладно же.
Он ушел, убедился, что слежки нет, и вернулся кружным путем. Конечно, тут стояла охрана, но все они, какими бы хорошими следопытами и охотниками ни были, оставались городскими жителями. А Вадим прожил в этом лесу уже три года. Он спрятался за деревом и поймал конец разговора.
— … так что не переживай, к утру от деревни останутся одни головни, — говорил Василий Протасов. — А пепел станет хорошим удобрением для нового леса.
— Меня беспокоит отсутствие Образцова, — сказала Ирина Голицына. — Я бы хотела, чтобы он сгорел со всеми.
— Да брось, чего он сможет один? В крайнем случае станет жить отшельником.
— Ладно. Покажи еще раз план деревни. Где дом этого тульского придурка? — Она поводила пальчиком по листу бумаги и кивнула. — У самых ворот, красота какая. Очень удобно. С него и начнем.
Василий кивнул и они перешли к обсуждению деталей. Но Вадим этого уже не слышал. В ушах шумело, перед глазами плыло. Как же так? Хотелось выскочить, наорать на них. А лучше убить. Но он приходил на эти встречи без оружия и эликсиров. Он попятился и бесшумно скрылся в зарослях.
Как же так? Этот вопрос застрял у него в мозгу. Они же договорились! Они должны забрать его в город! И тут Вадим замер от осознания. Договорились они на словах. Договор ничем не подтвержден. А он, Вадим Коновницын, им без надобности. Он был нужен дяде Василия, когда заправлял в банде. За те заслуги он вполне мог принять его в город, но об этом даже речи не заходило. Никогда. А сейчас Вадим им и даром не сдался — вся его заслуга, что сэкономит время и сбережет несколько людей.
— Я был полезен им с бандитами, в городе у них полно своих людей. Там я им не нужен, — произнес Вадим вслух эту простую истину.
А ведь Артем пытался донести ее уже несколько раз, да он не слушал. И в последнее время лучший друг молчит — выполняет его распоряжения и все, не говорят они больше как это бывало в прежние времена. Когда это началось? Да после того, как Вадим рассказал свой план. Что-то изменилось тогда во взгляде лучшего друга. Он ничего тогда не сказал, только кивнул.
Но это сейчас не имеет значения. Если каратели решили нарушить договор, то и он им подгадит. Не станет открывать ворота. А что делать? Уйти и пусть разбираются сами? Куда, снова в лес? Снова жить в землянке, но в этот раз одному? Да хоть с Артемом, но снова в землянке. И уже не будет подачек от Протасова в виде нормальной еды, одежды и оружия. Нет, придется отогнать карателей. И Вадим устремился в деревню.
