Я замолчала и взмахнула рукой, призывая к молчанию и Виктрана. Мысль испуганной птицей билась в висках… Неужели?
– Они много экспериментировали, Виктран… Очень много до появления законных наследников короля. И после экспериментировали на всех королевских детях… Чтобы у них все получилось, должны были совпасть все условия, но какие именно – они вычисляли методом проб и ошибок. И первой удачей явно стал бастард.
– Условия? – меня крепче прижали к себе. – Добровольность, королевская кровь?
– Примерно так, только добровольно отданное матерью дитя. Сам же младенец не мог согласиться на ритуал, так ведь?
– Не мог, – глухо выдохнули мне в макушку.
– Однако с сыном короля Агнермаха ничего не получилось. С наследником. Потому что его обманом забрали у матери. Одно из важных условий не было выполнено. Они просчитались и погубили ребенка.
– И ты думаешь, его душа вошла в единственное живое существо рядом? В ребенка четырех ходов?
– Думаю, да. И тут, честно говоря, у меня нет адекватного аргумента, но… Думаю, Власен пошел внешностью не в королевскую кровь, а в ту родню, от которой избавился Агнермах, в род, от которого не осталось упоминаний. Правда, возникает вопрос: почему аргерцог не обратил более пристального внимания на мальчишку и его внешность, хотя виды на него все же имел, почуяв в нем латентного мага. Да и Артус мельком, но видел моих воспитанников…
– Вопросов больше, чем ответов.
– Понимаю, что все это звучит странно, однако главный вопрос все же в ином.
– В чем?
– Сколько сейчас душ внутри Власена? Одна ли? Произошло полное замещение, или душа бастарда тоже внутри? И если да, то кто из них ведомый, а кто лидирующий или спящий? Понимаешь, я уверена, что будь внутри Власена только душа наследника, тело бы подстроилось под дар души. Все же определяющее в нас именно душа, а не тело. Магия в Стейзи пробудилась лишь с моим приходом. Понятно, что она считалась латентным носителем древнего дара, однако магию, будучи в своем теле, пробудить не сумела. Значит, чего-то недоставало. А тут тело, в общем-то, оказалось очень даже похожим на то, что принадлежало наследнику. Но при этом дар открылся иной… И мне жирно намекнули на то, что пробудится еще второй…
– Или душа все-таки одна, драгоценнейшая. Но в королевской крови, имеющейся в теле, маловато мощности для того, чтобы пробудить силы наследника.
– Только не говори, что ты готов из принцессы кровь выкачать!
– Если это потребуется, сделаю. Я не настолько милосерден, как тебе могло показаться, прекраснейшая. И ее кровь – лишь малое, что она может отдать, чтобы исправить то, что уже успела натворить.
– Ты веришь, что моя теория может быть правдой?
– Бастард никогда не пробуждает второй дар, Анастейзи. Это прерогатива только законных детей. Не знаю, в браке ли дело или еще в чем... Но в истории хватало бастардов королевской крови, вот только дар им подвластен был лишь один. Но раз тебя предупредили – я так понимаю, жрецы – значит, твоя теория верна. Потому что тело слишком взрослое для законного сына Агнермаха, ведь Власену скоро восемнадцать.
Я вздохнула. Все было очень запутанно. Но интуиция зудела о том, что нам буквально капли для ясности не хватает, какого-то пока ускользающего от сознания момента, который расставит все по местам и подтвердит безумную теорию.
– Королева – шенмали, – спустя минут пять произнес Виктран. – Я поначалу этого не понял, но сейчас уверен абсолютно. Причем мне кажется, приверженцем бога Хаоса был именно ее род. Ее величество Дианриссия была такой изначально. С самого рождения или чуть позже, но она точно поклонялась не Священной Паре. Знаешь, почему Агнермах так на ней и не женился?
– Потому что полюбил по-настоящему. Мужчин, которые познали сие глубокое чувство, приворожить невозможно.
– Для зачатия бастарда она подловила его в момент уязвимости. Жена потеряла очередного ребенка, сам он напился до беспамятства и вряд ли соображал, кто и что с ним делает. Примерно та же ситуация, что произошла с Аджаем в Абхарте… Смею предположить, Его величество Агнермах даже не помнил о близости с леди Дианриссией, разве только интуитивно понимал, что происходит что-то не то…
– И что источник этого беспокойства – новоиспеченная фрейлина его дочери... Возможно, всей правды мы все равно не узнаем. Не знаю, Виктран, может, шенмали она стала после предательства Агнермаха… Но то, что она как Сарвенда – согласна. И именно ей предстояло родить сосуд для бога. Правда, они явно не сразу к этому выводу пришли. Что нужно именно еще в утробе накачивать ребенка силой бога, призывать его сущность в еще не рожденное дитя. Иначе один из тех трех сыновей, что она родила мужу, давно бы стал воплощением бога.
Я снова побултыхала ногами в воде. Много мыслей, и истину мы пока точно не узнаем. Как минимум нужно схватить Артуса и прижать его к стенке. Вот уж кто должен знать абсолютно все. Потому что вряд ли королеве Дианриссии, несмотря на ее непосредственное участие во всей этой мерзости, известен весь замысел. Какой бы дурак ей рассказал, что итогом ее усилий станет ее же смерть?
– Виктран!
