Акелон окинул взглядом тусклые корешки книг на книжных полках. Придется, видимо, перечитать некоторые из старинных трактатов – если, конечно, у него будет на это время.
– Хорошо, – наконец, кивнул король. – Я поговорю с Акрином.
Эштар ухмыльнулся. В такие моменты он походил на своего двоюродного брата, опального Вэлриса.
– Пока я поговорю с Шайонарой, – Акелон поднялся. – Она наверняка сможет рассказать мне о легендах этери.
– Главное, не забудь именно «поговорить», – хохохтнул Эштар. Ему никогда не нравилась любовница короля, но, похоже, тот факт, что Акелон не сопротивлялся женитьбе, успокаивал его и примирял с любой фавориткой.
Распрощавшись с дядей, Акелон направился в свои покои. Ему начинало казаться, что слишком много всего происходит в последнее время. А он-то, наивный, полагал, что самое сложное – это взять Кертинар. Некстати вспомнилась фраза, то ли сказанная когда-то-то отцом, то ли вычитанная в одной из пыльных книг: легко взять трон, сложно его удержать.
На власть Акелона никто не претендовал – кроме Вэлриса, конечно же, – но забот и без того хватало.
Он толкнул дверь покоев и вошел в комнату. Шайонара поклонилась королю, ее волосы змеились по обнаженным плечам, едва прикрытым тканью. Но в покоях она была не одна. И гостью Акелон узнал сразу, еще до того, как она обернулась. Узнал по водопаду темных волос, по осанке, по ощущению, которое никуда не исчезло с годами.
– Добрый день, брат, – улыбнулась Алесса.
Она ничуть не изменилась, оставшись той старшей сестрой, которую помнил Акелон. Гордая, решительная, но предпочитающая древние фолианты и снадобья. Выражение ее глаз по-прежнему не изменилось, и в глубине их танцевали те же искры, что можно было увидеть в глазах Кэртара.
В два шага Акелон преодолел расстояние, их разделявшее, и обнял сестру.
– Я скучал по тебе, – искренне сказал он.
В последний раз он видел сестру, когда она, заручившись поддержкой обоих братьев и матери, сбегала из родительского дома. Отец оказался категорически против занятий дочери. Пожалуй, это едва ли не первая вещь на памяти Акелона, когда отец остался в чем-то непреклонен. Он стучал кулаком по столу и заявлял, что принцессе не пристало болтаться со склянками. Когда он решил выдать Алессау замуж, это стало последней каплей. Ей помогли сбежать, но только мать знала, где именно живет теперь Алесса.
– Вижу, тебя нашли, – сказал Акелон.
– О да, твой пес был настойчив. Впрочем, я сама собиралась навестить братьев.
– Очень надеюсь. Иначе ощущаю себя похитителем.
Алесса улыбнулась, но по выражению ее лица Акелон, как и всегда, не мог прочитать чего-то определенного.
– Пошли людей в мой дом, мне нужны мои ингредиенты.
Акелон кивнул:
– Я так понимаю, Шайонара уже ввела тебя в курс дела.
– Да. Но о делах мы поговорим, когда возникнет необходимость.
Как и всегда, она не собиралась ничего объяснять. Акелон подумал, что сестра обязательно найдет общий язык с Акрином: маг тоже не любил лишних слов и разъяснений. Впрочем, дела действительно могли подождать. Сейчас в королевском замке драконов-то не осталось, все тихо и спокойно.
– Да, дела позже, – согласился Акелон. – Сейчас ты составишь мне компанию в каминном зале?
– Я хочу отдохнуть с дороги. Поговорим завтра.
Кем бы ни была Алесса в последнее время, она всегда оставалась королевской дочерью, воспитанной при дворе. Вот и сейчас во всех ее движениях, даже в шелесте простого, на первый взгляд, платья, сквозила царственность. Она не спрашивала у короля разрешения удалиться, она просто покинула покои.
– Странная немного, – пробормотала Шайонара.
– Зато отличный алхимик.
– Ты хочешь золота?
– Было бы неплохо… но на самом деле, я хочу парочку зажигательных горшков. Даже драконам они не понравятся.
Шайонара нахмурилась. Она явно не очень представляла, о чем говорит Акелон. Но ему не хотелось объяснять. Было желание только обнять девушку и не думать больше ни о драконах, ни о разговорах с дядей.
– Вы звали меня, милорд.
Она стояла у входа в шатер и не решалась переступить порог. Акелон, тогда еще будущий король Седьмого дома, откровенно любовался девушкой.
– Вы приглашаете меня внутрь?
– Конечно. Заходи.
– Пригласите.
– Я приглашаю тебя внутрь, Шайонара, Дева лунного светила.
Бубенчики в ее волосах звякнули, когда девушка переступила порог босыми ногами. Она не была похожа на закутанных в ткани соплеменниц. Наоборот, ее полупрозрачные одежды подчеркивали изгибы тела, одновременно скрадывая то, что видеть мужчинам не полагалось. Они струились, словно лунный свет.
– Что значит Дева лунного светила? – спросил Акелон.
– Тебе сказали, кто я, но не рассказали почему?
Он покачал головой. Шайонара улыбнулась:
– Я разговариваю с лунным светом. Общаюсь с духами. Предсказываю будущее. Шаманы занимаются осязаемым, Девы ночного светила – тем, что невозможно увидеть.
– У нас тебя бы назвали магом.
– У вас всех этери назвали бы магами.
Она присела на подушки, на значительном расстоянии от Акелона. Он нахмурился:
– Ближе.
