За поворотом, заступая дорогу лошадям, появились два живописно разодетых незнакомца. В глаза бросались ярко-рыжие театральные бороды и грозно сверкающие наконечниками копья. Ряженые схватили лошадей под уздцы.
Вань оглянулся. Повозку догоняли ещё несколько вооружённых людей.
– Краснобородые! Эти свидетелей не оставляют! Грабежом не обойдётся – убьют, – мысли одной строкой пронеслись в голове. Руки действовали сами.
Вань выхватил из саквояжа заряженный кольт и выстрелил в загородившего дорогу бандита.
Массивный американский револьвер марки Кольт Патерсон он по случаю приобрёл у пьяного американского матроса во Владивостоке.
– Вот и пригодился…
Неожиданно громкий выстрел на миг ошеломил бандитов.
Никакого сопротивления, а уж тем более вооружённого от книжного червя никто не ожидал. Свинцовая пуля, выпущенная из «американца», попала одному из нападающих в лоб, начисто снеся всю верхнюю часть черепа. Его тело швырнуло на обочину. Второй хунхуз, увидев вместо головы подельника пузырящийся кровью безобразный обломок, выпустил из рук перехваченный повод.
Испуганные выстрелом лошади рванули повозку вперёд. Растерявшийся грабитель не успел отскочить, и его смял массивный фургон. Лошадей понесло. Повозку нещадно мотало из стороны в сторону. Дремавшие грузчики вылетели из повозки. Только одному из них, сидевшему за спиной кучера, удалось вцепиться в борт фургона.
Вань оглянулся. Позади, сбившись в кучу, толкаясь и мешая друг другу, бежали разбойники. Они громко ругались, размахивали копьями, но неумолимо отставали. Археолог, не целясь, выстрелил в толпу преследователей.
Бегущий впереди всех рослый бандит переломился пополам и свалился под ноги подельникам. Не в силах догнать уносящийся прочь фургон, бандиты пробежали ещё несколько метров и прекратили преследование.
– Неужели оторвались, – с надеждой подумал Вань.
Тем временем вознице удалось подхватить вожжи и взять управление фургоном на себя. Лошади почувствовали руку хозяина и перешли на ровный галоп. Бандиты остались далеко позади. Вань облегчённо вздохнул.
Вдруг грузчик, сидевший за спиной возницы, бросился на него и ударил ножом в шею. Несчастный дёрнулся, стал оседать и, заваливаясь набок, попал под бешено вращающиеся колёса. Вожжи, которые он накрутил на руку, оказались смертельным капканом и для лошадей, и для пассажиров фургона. Резкий рывок поводьев заставил лошадей болезненно захрапеть и круто повернуть в сторону. Фургон занесло. Тяжёлый саркофаг поехал на борт и опрокинул повозку. Бандиты, упустившие было добычу, радостно взревели и бросились к жертве…
Лопатин Иннокентий Иванович, поручик Императорского русского географического общества, в сопровождении отряда казаков направлялся в маньчжурский город Нунгату. За плечами у него оставалась не одна стычка с шайками хунхузов, поэтому он всегда брал с собой дополнительную охрану. Места были неспокойные. Обширные и малоизученные территории Маньчжурии кишели бандитами всех мастей, а граница, установленная Айгуньским договором ещё в 1858 году, представляла собой лишь черту, нанесённую красным карандашом на карте. Несмотря на подписанный договор, она до сих пор оставалась условной и практически не охранялась.
Граждане обеих стран, законопослушные и не очень, беспрепятственно переходили границу, не брезгуя по пути разбоем. Масштабы бандитизма достигли таких размеров, что генерал-губернатор Приамурья был вынужден издать особое распоряжение. Согласно ему, всем российским воинским отрядам Приморья и Приамурья надлежало шайки находников, независимо от национальности и гражданства, арестовывать и препровождать к пунктам дислокации российского воинского контингента. В случае оказания вооружённого сопротивления – уничтожать на месте.
В ходе преследования банд хунхузов приходилось пересекать границу, но на это никто не обращал внимания. Поэтому появление в маньчжурских лесах очередного русского воинского подразделения особых вопросов не вызывало.
Отряд поручика появился в этих местах неспроста.
У внешней разведки России появилось много вопросов к театру вероятных военных действий, а для этого требовались подробные топографические карты. Этим и занимались дальневосточные отделения ИРГО.
В этот раз от военного ведомства поступило задание на составление картографической съёмки китайской территории, от российской границы до маньчжурского города Нунгата. Очень кстати подвернулся и подходящий случай. Из Уссурийска-Никольского пришло сообщение о незаконном вывозе в Китай древней археологической находки. Приамурское руководство ИРГО[35] решило воспользоваться этой ситуацией как поводом для отправки отряда поручика Лопатина на территорию сопредельного государства.
Поручик получил два приказа. Официальный гласил: «Посетить город Нунгата с целью розыска похищенных артефактов и опроса китайского археолога, подозреваемого в хищении и вывозе за пределы Российской империи археологических ценностей».
Второй приказ носил гриф «Совершенно секретно» и предписывал: «Скрытно выполнить картографическую съёмку местности в районе города Нунгата».
