– На первое: уха осетровая, окрошка, борщ. На закуску рекомендую: скоблянку из трепанга и кукумарии, заливное из осетра, кусочки жареной камбалы под белым соусом «тартар», икорка красная и чёрная, грибочки солёные, капустка квашенная с клюквой, папоротник тушёный, яблочки мочёные. На горячее: поросёнок с гречневой кашей, гусь жареный с черносливом, калужонок, запечённый целиком под медово-горчичным соусом, мясо Биф по-строгановски…
– Стой, стой, угомонись, – заулыбался Андрей. – От одних названий слюной захлебнёшься. В общем так, неси нам ушицы осетровой, скоблянку, – пощёлкал он пальцем, вспоминая название.
– Из кукумарии и трепанга, – любезно подсказал официант.
– Хорошо, давай попробуем этой твоей экзотики. Дальше соленья разные под закуску. На горячее, – поглядел он на казаков. – Мясом мы наетые, так что давай рыбу. Что там у тебя? Запечённый калужонок? Большой?
– Какого изволите! Хотите на пять кило, хотите на десять!
– А на сто есть? – хитро глянул на Волчка Петро.
– Можно и на сто, но придётся подождать.
– Нет, ждать мы не будем! – остановил его Андрей, – давай того, что на десять.
– Чего пить изволите?
– Квас или сбитень есть?
– И квасок на жареных ржаных сухариках, и сбитень на бруснике и меду, и морс ягодный сборный, и пиво собственной выделки, и водочка анисовая на льду, прозрачная аки слеза, и вино сливовое…
– Ну, хват! – восхитился Андрей. – Неси сбитня пару кувшинов и штоф водочки прозрачной аки слеза, – передразнивая официанта, развеселился Андрей.
Глядя на шустрого официанта, казаки довольно прятали улыбки.
Официант понятливо кивнул и, будто джин из лампы, растворился на кухне. Не прошло и получаса, как стол ломился от еды, одним видом возбуждая зверский аппетит.
– Ну, братцы, повеселимся! – улыбнулся Андрей. – Нет, нет, мне не наливай, – остановил он официанта, надвинувшегося к нему с графином водки, – у меня ещё дела, а вот им можно! – кивнул он на казаков.
Казаки, стесняясь белоснежной скатерти, дорогой посуды и разнообразия приборов, чинно выпили и, не торопясь, приступили к трапезе.
К Гродекову он прибыл в назначенное время.
– Ну, проходи, герой, – поднялся навстречу генерал-губернатор. – Садись, – указал он на место за столом, где уже сидели полковник Смирнов и штабс-капитан Ивантеев. – Этих господ тебе представлять не надо? – возвращаясь в кресло, уточнил он. – А теперь подробно и по порядку расскажи нам всё сначала. И начни с того, как тебе пришла в голову мысль начать проверку рук китайских строителей на предмет мозолей. Как решился на засаду? Где взял гранаты? Где научился с ними управляться? Кто надоумил заложить динамит на пути следования хунхузов?
Андрей вздохнул и начал подробный рассказ о событиях последних дней, не забыв упомянуть и об отправке шестидесяти трофейных лошадей в казацкую станицу, и о том, что разрешил казакам оставить себе золотые побрякушки, взятые ими на хунхузах, и о своей доле трофейных денег, полученных от казаков, как долю с дувана.
Гродеков как командующий казачьими восками Приамурского края знал и чтил традиции казачества, поэтому, выслушав Андрея о трофейных лошадях, махнул рукой:
– Разрешаю! О деньгах и побрякушках, взятых в бою, не беспокойся, казаки в своём праве – у меня претензий нет! А у вас? – глянул генерал на жандармских офицеров.
– У нас тоже нет, – покачали головами оба.
– Вот и ладно, – улыбнулся Гродеков. – А то, что казаки сами предложили тебе долю от трофеев – дорогого стоит, видать, крепко уважают. Так что ни о чём не переживай, всё это твое, честно добытое. А вот на золотые пятирублёвики хотелось бы взглянуть. Понимаешь, какое дело… Появились у нас в крае фальшивые золотые монеты, точнее, золотые российские пятирублёвики, причём очень высокого качества. Единственный огрех – не могут стоять на ребре, видимо, форма, в которой их штампуют, имеет скос или дефект. А по всем другим особенностям – не отличить. У тебя эти монеты далеко?
– Да сейчас достану, – потянулся Андрей к саквояжу, который принёс с собой.
– Ты, что, свой дуван сюда принес?
– Так точно, господин генерал-губернатор, хотел сдать.
– Ты меня ещё раз удивил, – уважительно покачал головой генерал. – Честен! Хвалю! Что касается дувана, я уже сказал – доля трофеев, вручённая тебе казаками – твоя. А вот золотые монеты, если они окажутся фальшивыми, придётся сдать жандармерии как вещественные доказательства.
Андрей понимающе кивнул и достал свёрток с золотыми монетами.
– Они, – вздохнул Смирнов, очередной раз пытаясь поставить монету на ребро. – Ну, у кого какие мысли? Высказывайтесь, без церемоний и чинов, – обратился к офицерам Гродеков.
– По информации моего агента, – подал голос Ивантеев, – фальшивые монеты чеканят в Харбине, где точно – неизвестно.
– У людей Старика Линя, задержанных на стройке, таких денег при себе не было. Значит, эти фальшивки с банды, которая атаковала нас на хуторе. То есть либо Хромого, либо Дзя Ды, – предположил Андрей, – хотя эти деньги могли появиться и по дороге на хутор.
