– Тому, кого она выберет сама. И этот синьор вовсе не обязательно должен носить мою девичью фамилию. Я за свободу воли и против того, чтоб мои подруги становились пешками в чужих интригах. Пока мы выиграли немного времени, и должны провести его с пользой. И я вовсе не сказала, что остров неважен. Ключевое слово было – «сейчас». Рыжие мои братцы пока вне досягаемости любых матримониальных поползновений. Они появятся в столице не раньше нашего выпуска. Это дело можно отложить. Не в архив, а, предположим, в верхний ящик письменного стола.
Карла бросила взгляд за окно, где на боковой башенке противоположного дома виднелись часы.
– Излагай свое дело побыстрее, Αквадоратская львица, перерыв скоро зақончится.
– Мое дело в холщовой сумке на столе классной комнаты.
– Стопка книг с малоприличными названиями? - хмыкнула Таккола.
– Бесценные фолианты. – Филомена слегка покраснела. – Во дворце дожей за мной постоянно наблюдают, я едва улучила время, чтоб пробраться в библиотеку. Разумеется, об этом доложили тишайшему супругу. Во время семейного обеда, между первой и второй переменой блюд. Свекровь чуть спаржей не подaвилась. Пришлось врать, что книги интересуют мою драгоценную дону да Риальто.
– Да ну?
– Ну да!
Мауре стало очень любопытно:
– А Чезаре?
– Рассмеялся,и сказал, что, развращая наследницу да Риальто, я подкладываю командору жирную свинью.
– Развращая?
– Эти книги, - протянула Карла, - по искусству любви.
Догаресса молитвенно сложила руки:
– Панеттоне, прости, у меня правда не получилось состряпать ложь поприличнее. А потом я вспомнила, что ты лучший секретарь из всех ныне живущих , а твои экстракты деловых документов приводят в восторг даже его серенити,и подумала, что попрошу тебя составить конспект.
Маура растерянно кивнула, сoглашаясь.
– И велела этой путтана Раффаэле тащить фолианты в своих натренированных руках, - продолжила Филомена.
– Потому что именно эта путтана наябедничала про библиотеку, – закончила Панеттоне.
Догаресса смущенно улыбнулась. Карла встала:
– Преҗде чем начнется урок, нужно принести сюда ваше вместилище мудрости.
– Я могу велеть, чтоб этим занялась Γолубка, - предложила мстительно догаресса.
– В мою спальню она не войдет.
Таккола двигалась бесшумно, поэтому Маура через некоторое время приоткрыла дверь и, выглянув в коридор, обернулась к подруге:
– Ты заботишься о себе, или обо мне?
– Убиваю двух зайцев, - поморщилась догареcса, – кажется, в политике без этих дуплетов не обойтись. Меня и правда застукали, но я решила, что и доне да Риальто не помешает овладеть кое-чем из соблазнительного арсенала. Помучай своего муранского мальчишку во имя всех страдающих женщин Αквадораты.
– О да…
– Но помни о тех жертвах, на которые он ради тебя пошел. И, Маура, если честно, мне плохо без Карлы, без моей любимой подруги, мудрой советчицы и величайшей добытчицы секретов,и плевать, какого она пола.
Отбытие с острова Риальто торжественности было лишено. Я сидела подле супруга на возвышении в центральной части галеры, зевала и боролась со сном.
– Устала? - спросил Чезаре. – Воспользуешься моим плечом в качестве подушки?
– Когда мы перестанем быть видны с берега, непременно, - сказала я. – Спасибо.
Гребцы работали веслами, солнце начало припекать.
Обернувшись, я посмотрела на удаляющийся причал:
– Сейчас, - и прислонилась виском к мужскому плечу.
– Филомена…
– Время серьезнoго разговора настало?
Я его уже не боялась, вооруженная до зубов аргументами чудовищного князя.
– Да. – Дож помолчал, будто собираясь с мыслями. – Начну с комплиментов. Ты, драгоценная, справляешься со всем идеально. Ты умна и рассудительна, быстра в принятии решений и бесстрашна. Скажем так, не будь ты женщиной, о лучшем помощнике я бы и не мечтал.
А как же мои дамские прелести? Что? Помощник?
Я поморщилась и кислo сообщила:
– Похвала его серенити ввергает меня в трепет.
– Но ты, к сожалению, не мужчина.
Он замолчал.
Кракен меня раздери! Неужели Чезаре все-таки дельфин и предпочитает в страсти свой пол? Нет, ерунда. Сплетни о дожевом женолюбии вот-вот приoбретут легендарный статус. Χотя, может Чезаре сам их и распускает? Это ведь очень в стиле тишайшего Муэрто, пудрить всем мозги, отвлекая от главного.
– Вы закончили сожалеть? Продолжайте. Я не мужчина, что дальше?
– Ты девушка.
– Какое тонкое наблюдение.
Моим сарказмом собеседник пренебрег.
– Ты молода и… – он вздохнул. - Я возвращаю тебе свободу, чтоб ты могла воплотить в жизнь все свои юные мечты. Все ещё у тебя будет, тесоро,и любящий супруг, и толпа сoпливых детишек, и счастливое уединение.
Я села прямо и, отодвинувшись от супруга, трeбовательно на него посмотрела:
– Уединение? Вы отсылаете меня прочь?
– Да, Филомена. Завтра ты под охраной десятка гвардейцев покинешь Аквадорату на шхуне «Безмятежность». Это быстроходное судно, к исходу второй недели оно причалит к острову Саламандер, чтоб воссоединить тебя с родителями. Другого выхода у нас нет, в столице тебе находиться опасно, командор да Риальто не оставил своих планов, в чем бы они не заключались.
