Первые лучи восходящего солнца освещали развалины Прентиса — города, где несокрушимая армия Тараса потерпела первое серьезное поражение. И не смотря на то, что тела защитников бездыханно лежали на фоне поглощенного огненной бездной города, рассыпающегося на кусочки, они не достигли своей главной цели — оружие, которым так жаждал завладеть владыка-Марцесс. Оно было безвозвратно погребено вместе с семи тысячами солдат волшебного народа под руинами великого города. Это было настоящей трагедией для всего «Тараса». Матерям на той стороне материка отсылались письма со злополучной красной треугольной печатью — весть о гибели сына или дочери. Получить такое письмо было великим горем для всей семьи. Черному генерал сам того не осознавая смог выбить небольшой винтик из несокрушимой военной машины великого волшебного народа, и она дала сбой. Дух уверенных в своей непобедимости воинов Тараса пошатнулся подобно молодому дереву на сильном ветру. Начавшуюся деморализацию в рядах их армии усилила и нехватка продовольствия, сформировавшаяся после уничтожения склада в Овере. Некоторые из солдат начали всерьез задумываться о возвращении домой. Длинное путешествие по чужим землям изнуряло на износ тело и душу. У уцелевших в той битве у штаба солдат не выходил из головы образы человека в черном плаще и шлеме, рубящего их товарищей как цветную капусту. Этот человек от одного своего вида внушал жуткий страх в сердца воинов волшебного народа. Появившиеся как гром среди ясного неба солдаты Черного генерала забрали у них друзей и товарищей, многие из которых не успели даже схватиться за оружие, как были убиты.
Яксон возвращался из сражения с «соломенными» Альгоранскими гвардейцами в лагерь, будучи сокрушенным своим провалом. Он намеревался обо всем доложить госпоже и поклясться, что накажет виновных в столь грубой ошибке. Шайла жестоко карала солдат за малейший проступок, а что она сделает за такое страшно было представить — промелькнуло в голове у Яксона
— Я подвел свою госпожу, раздосадовался Яксон
— Возможно она смилуется надо мной, ведь я шел по сведениям этого слепого глупца, что видел королевскую армию! В смятении он уже подходил в лагерю, не зная что ожидать дальше. Поднявшись на холм он остолбенел. Перед ним виднелось поле, усеянное окровавленными трупами его товарищей, горящие командные шатры и руины города.
— Госпожа! Первая мысль, возникшая у него в голове. Суматошно он попытался вбежать в ее шатер, который все еще горел. Пламя было настолько сильным, что к нему было не подобраться. Он не мог знать, была ли Шайла в том шатре, поэтому и принялся искать свидетелей той битвы. Из уст полуживого солдата он узнал, что госпожа бесследно пропала вместе с людьми. Лицо Яксона налилось ярко-красным цветом, брови нахмурились, а дыхание стало жестким и поверхностным. Со злости он схватил попавшийся под руку булыжник и метнул его сколь есть силы в огонь. Поклявшийся перед богами покарать виновных, он принял командование на себя согласно уставу. Озлобленный потерей солдат и госпожи офицер приказал преследовать войско генерала. Нельзя дать им уйти далеко! Узнав у выживших, что прошло всего несколько часов с момента нападения, Яксон скомандовал выступать утром. После ночного нападения люди должны были остановиться на привал, они не могут идти без сна несколько суток. Но воины генерала казалось играли с Яксоном, который был полностью поглощен погоней. Он в буквальном смысле «загонял» своих бойцов в этой жуткой погоне — ни привалов, чтобы восстановить силы, ни временного ночлега, но нагнать людей никак не удавалось. Солдат, которые отставали от основных сил он попросту убивал, обзывая «никчемным» отребьям и шлаком великой армии. Всей своей сущностью он чувствовал, что госпожа где то рядом и остановившись на небольшой привал на закате очередного дня безумной гонки услышал от разведчиков радостную весть.
Чёрный генерал уходил с войском на северо-восток в сторону столицы. После того, как он открылся перед эльфами, возвращаться в Осторож было нельзя. К тому же, он вез с собой добычу — печально известную истребительницу людей — генерала Шайлу. Новость о битве возле Прентиса со скоростью молнии распространилась среди простых людей, обрастая новыми фактами и фантазиями. Образ человека в плаще и черном шлеме стал идолом, а вышитый на его груди белый орел с распахнутыми крыльями — символом сопротивления. Хотя не все крестьяне верили в приближение эльфов к столице, большая часть собиралась в деревнях группами и долго спорили. Небольшие отряды из дальних деревень шли навстречу генералу, чтобы защищать свою родину. Пополняя свои ряды запасами и людьми, армия генерала уверенно двигались в сторону Альгорана. К сожалению, черному генералу еще не было известно, что другое войско генерала Хердинга, уже прорвалось на севере, разрушив город Сандер и движется к Гормагонскому перевалу, через который лежит прямой путь на Альгоран. Для него сейчас главной проблемой было дышащее им в спину оставшееся войско Шайлы, которое все еще численно превосходило его армию.
