Мне вспомнились полицейские в лагере Лероса, и я уж собирался повернуться и уйти, когда мужчина тепло приветствовал меня по-арабски. Он объяснил, что этот центр только для женщин и детей: там можно принять горячий душ и выпить чашку чая, дети могут играть там, а новоиспеченные мамочки – ухаживать за малышами.
Я вернулся в парк и позвал Афру. Вместе мы пошли на площадь Виктория. Жена притихла, водя носом по воздуху, словно собака, и рисуя в мыслях картину запахов: кофе, мусор, моча, деревья, цветы.
В Центре Надежды нас приветствовал мужчина с зеркальными очками. Афре дали номерок, чтобы она заняла очередь в душ. Мне велели возвращаться через пару часов. Я глянул в окно: справа, за деревянным ограждением, играли дети. Они рисовали на стенах, на полу валялись детали лего, мячи и настольные игры. Афру проводили до стула, дали чашку чая и тарелочку с печеньем. Когда я уходил, она улыбалась.
Сперва я отправился на площадь и нашел интернет-кафе. Я уже давно не проверял почту и надеялся, что найду письмо от Мустафы.
12/04/2016
Дорогой Нури,
на прошлой неделе я ходил на ужин для беженцев и там встретил двоих людей. Женщина работает с беженцами в соседнем районе, помогая прибывшим влиться в здешнюю жизнь. Мужчина – местный пчеловод. Я сказал им, что у меня появилась идея научить других беженцев и безработных пчеловодству. Они были очень впечатлены! Они помогают мне получить спонсирование в местном фонде. Надеюсь, скоро я буду устраивать мастер-классы для желающих.
Нури, ульи процветают! Британские черные пчелы очень отличаются от сирийских. Я думал, они ни за что не станут работать при температуре ниже пятнадцати. Но эти пчелы трудятся при более низких температурах и даже в дождь. Они собирают нектар с цветов вдоль железнодорожных путей, в частных садах и парках.
Мой дорогой Нури, я не знаю, где ты. По ночам я раскладываю на полу карту и пытаюсь представить, где ты можешь быть. Я жду тебя.
Мустафа
Даже в письме я слышал радостные нотки, наивное мальчишество, ведущее Мустафу по жизни.
Дорогой Мустафа,
прости, что не писал тебе, что заставил поволноваться. Обещаю, я найду способ добраться до Англии. Времена выдались тяжелые. Мы с Афрой сейчас на Марсовом поле – в большом парке Афин. Я пытаюсь найти или хотя бы придумать способ уехать, но мы обязательно выберемся и будем в Англии, не успеешь ты и глазом моргнуть. Большинство людей оказываются в ловушке. Многие прибывают сюда, а уехать не могут. Однако у меня есть деньги и паспорта. Мне нужно что-нибудь поскорее предпринять – боюсь, что мы не сможем выживать здесь и дальше.
Я думаю о тебе и твоей семье. Думаю о полях лаванды и вереска, о черных пчелах Англии. Ты занялся потрясающим делом. Когда я приеду, мы поработаем над твоим проектом вместе.
Я найду способ.
Нури
Я вышел из кафе и опустился на скамью возле полудохлой собаки, приоткрывшей один глаз, после чего уставился на ноги проходивших мимо людей. Рядом со мной сел человек с телефоном и положил на колени блокнот. Он постучал по нему пальцами и посмотрел на меня. Затем окинул взглядом площадь и обернулся. Я заметил, что парень сильно вспотел.
– Ждете кого-то? – спросил я.
Тот рассеянно кивнул.
– Откуда вы? – спросил я.
– Из Сирии.
– Из курдской части?
Он посмотрел на меня и снова кивнул. Потом улыбнулся, но мыслями был далеко. Наконец к нему подошли мужчина и женщина.
– Я уж думал, вы не придете, – сказал он. – Вы все принесли?
