— Но... — Адельвурт распахнул глаза. — Дэй-Кин говорил, что, прежде чем совершать новый скачок, необходимо возвратиться
— Правильно. Только
— Андрей, ты же сам только что сказал, что наши ключи ничем не отличаются от оригинальных... — растерялся Кронсталл.
— Я и сейчас этого не отрицаю. Однако тогда они были из
— Верим – наверно, тебе, и правда видней, — согласился Кронсталл. — Не знаю, почему на нашу ошибку не указал нам Дэй-Кин – быть может, всё же не хотел раскрывать всех секретов. Но в конце концов он сжалился над нами и согласился-таки помочь.
— Ну вот, теперь я, кажется, знаю, за что он провёл в заточении пятнадцать лет, — произнёс Розовский. — А то до сих пор мне был известен лишь сам факт – без объяснения причин наказания.
— Пятнадцать лет?! Бедняга! — расстроилась Олиния.
— Да уж... — поддержали её подруги.
— Ладно, не переживайте, — ободряюще улыбнулся им Розовский. — Думаю, Дэю-Кину на протяжении пятнадцати лет заключения было всё-таки лучше, чем вам здесь в эти десять лет. Адельвурт, пожалуйста, продолжай. Лично я всё ещё не понимаю, как вас занесло в наше время.
— Дэй-Кин взял оригинальные ключи, и мы наконец переместились в нужный нам год. Но поскольку отталкивался он от расписания работы порталов, на Альтеран мы пришли на пять с лишним месяцев раньше, чем требовалось. Отсидеться решили в подземелье развалин Зондалура – благо они и местность вокруг пустовали.
А перед тем как отправиться за Лэйнистрат, мы созвали к себе своих детей. Вернее, туда их вызвала наша мать, строжайше наказав внукам, что об их поездке в Зондалур ничего не должны знать мы, их родители. Наверное, представляете себе удивление наших отпрысков, когда там их встретили именно
В общем, тогда, в Зондалуре, мы чётко понимали, что навсегда прощаемся и с детьми, и с матерью и отчимом... Не стану описывать прощальных сцен – вам это ни к чему, а нам...
Короче говоря, всё получилось. Мы похитили Лэйнистрат буквально за полчаса до гибели – благо было известно точное время её смерти. Правда, она уже не имела возможности проститься с их с Гиллартом сыном – хотя очень рвалась с ним повидаться. Поначалу Лэйнистрат вообще никак не могла нам поверить. Ладно, кое-как мы её убедили.
Дэй-Кин отнёс нас обратно на Соктаву и, в первую очередь, мы вернулись в своё время. Как вы все помните, новые перемещения возможны лишь после возвращения к отправной точке. Мы попросили переправить нас в 1703-ий год по земному летоисчислению. А сейчас на Земле какой год?
— 2015-ый.
— Хм. Вот уж не знаю, как Дэй-Кин умудрился промахнуться на триста два года. Скорее всего, просто очень спешил. Дело в том, что наше возвращение засекли другие Мадо, и снова он открыл портал уже буквально у них на глазах. Короче говоря, мы еле успели улизнуть – разгневанные Мадо не схватили нас лишь чудом!
Ну вот и вся история. Портал закрылся сразу за нашими спинами. Дубликаты ключей мы оставили Варидарру – дабы не было лишнего соблазна вернуться. И только добравшись до портала на Землю – наглухо закрытого – а затем уж сунувшись и в замок Мадо, обнаружили, в какое дерьмо вляпались. Хотя поначалу, конечно, ещё надеялись, что всё не так плохо как кажется – что-то случилось лишь с Мадо, а остальные живы-здоровы. Но потом на глаза попались их летописи.
— Адельвурт, а почему вы выбрали именно 1703 год? — полюбопытствовал Рондвир.
— О, это отдельная долгая история, — вздохнул тот. — И начинать её нужно из ещё большей глуби веков.
— Уж не про мечи ли Стихий история? — догадался Ворон.
Адельвурт посмотрел на него не без удивления:
— Откуда знаешь?