Ларкариан внимательно за ним наблюдал и как только Даниил погрузился внутрь себя, удовлетворенно кивнул. Немного отойдя в сторону, разведя руки в стороны, он закрыл глаза и произнес длинную монотонную фразу на древнем языке.
Постепенно причудливые орнаменты, расположенные на площадке, засветились. Символы внутри круга, где сидел Даниил стали испускать нежно-голубое свечение.
Ларкариан поднял голову вверх, открыл глаза, сделал пас руками, и точно над плато, небо прояснилось, образовав ровный круг. Плывущие тучи, ощутив перед собой преграду, стали обтекать это место, завихряясь и клубясь.
Гигантская луна, находившаяся точно в центре образовавшегося просвета, испускала бледный белый свет. Пространство большого круга, внутри которого сидел Даниил, заискрилось.
Еще две луны, которых не было видно, находились на равном удалении от нее, образуя правильный треугольник. Хранитель ощущал их своим внутренним духовным зрением.
Он опустил руки, пока все шло как надо.
Ларкариан приблизился к мальчику, дыхание Дани практически остановилось. Хранитель плавно прочертил в воздухе дугу. Вокруг и внутри малого круга, забегали небольшие языки желтого и голубого холодного пламени.
На этом подготовка к ритуалу была завершена.
Отойдя на нужное расстояние, Ларкариан повернулся к Даниилу. Раскинув руки, он мгновенно обернулся драконом и шумно выдохнул. Поднял голову вверх, вытянув шею, обратив свой взор на луну и зашептал тайные слова на языке хранителей миров.
Постепенно в центре его груди стало тепло. Дальше произошло нечто иное, чего он не ожидал. Все гигантское тело дракона затрясло мелкой дрожью, появилось быстро нарастающее чувство духовной эйфории, дыхание перехватывало. Ощущение нарастало пока от его сущности не отделилось сформировавшееся энергетическое ядро.
Дракон не мог пошевелиться, но видел, как прямя из груди выплыл небольшой светящийся шар. Частица его души, окруженная феерически искрящимся светом, медленно поплыла к Даниилу. При этом тело мальчика окутало ореолом яркого голубого свечения.
Вначале появлялись тонкие, изгибающиеся световые нити, исходившие от ядра, точно так же было в момент инициации с Германом. Они проникают в человека и совершается таинство. Ядро дракона изучает, оценивает его, только ему ведомым способом. После этого принимает решение, и, либо проникает в тело, либо медленно затухая исчезает, процесс в таком случаи прекращается.
Светящийся шарик, который впоследствии сольется с душой человека, переродив его, явив на свет будущего дракона, нового хранителя миров, медленно приблизился к Даниилу. Не встречая никакой преграды, он исчез внутри него.
Даня внезапно вытянулся вверх, изогнулся дугой и надрывно вздохнул, как будто это был первый вздох в его жизни. Замерев на мгновение, он медленно выдохнул и расслабился, после чего завалился на бок, погружаясь в глубокий сон.
Дракон заворожено наблюдал за происходящим. Когда все закончилось, он вернул себе человеческий облик и хотел бежать к нему, но ноги подкосились. Упав на колени, Ларкариан закрыл глаза. Дыхание участилось, сердце бешено колотилось.
Пару минут он был не в состоянии сдвинуться с места. Тело дрожало, накатившая слабость не давала подняться. Так не должно происходить, отец все ему описывал до мельчайших подробностей, ведь данное таинство случается раз в жизни. В этом процессе важно знать каждую мелочь.
Наконец, медленно поднявшись, Ларкариан потер лицо руками. Тряхнув головой, он не спеша подошел к Даниилу, теперь уже к своему единственному, по настоящему родному сыну.
Мальчик лежал, уронив голову на вытянутую руку. Лицо выражало умиротворенность, на губах застыла легкая улыбка.
Ларкариан аккуратно взял его на руки и прижал к себе. Пальцы слегка дрожали, хранитель ощутил неимоверную силу отцовской любви. Нахлынули чувства, он был по-настоящему счастлив. К горлу поступил ком, не в силах сдерживаться, у Великого хранителя потекли слезы.
Переместившись в замок прямо в спальню мальчика, он аккуратно положил Даню на кровать. Дрожащими руками раздел, уложил в постель и, накрыв одеялом, присел рядом.
Теперь Даниил будет спать от семи до четырнадцати дней. Сам он проспал двенадцать. На данный момент все физические процессы в теле остановлены. Ему не требуется есть и пить. Начался первичный процесс слияния на уровне тонких материй, не доступный для понимания, который в итоге закончится полным перерождением.
Ларкариан еще раз с любовью посмотрел на своего сына, поднялся и переместился в кабинет, где, ожидая результата, взад и вперед ходил Герман, заложив руки за спину.
Увидев отца, он кинулся к нему и схватил за плечи.
– Ну как?
Ответа не потребовалось. Достаточно было посмотреть в его лицо, как сразу стало понятно. Оно выражало безграничное счастье. Герман ткнулся головой ему в грудь и облегченно выдохнул. Ларкариан похлопал сына по плечу и улыбнулся.
– У тебя теперь появился маленький брат.
Сын в ответ крепко его обнял, затем, слегка отстранившись, посмотрел в глаза.
– Я понимаю, что ты будешь его любить всей душой. Не спорь, – Герман приложил ладонь к его груди.
