– Теперь все. Этот носи всегда, не снимая даже ночью. Он признал тебя и будет охранять, пока не станешь истинным хранителем, – объяснил Ларкариан. – Он спасет жизнь, если что-то произойдет. Украсть или потерять его невозможно, если сам не снимешь. Медальон древний и передается из поколения в поколение. Он создан для вновь инициированных. И еще, если с тобой случится беда, я всегда почувствую это. Не снимай его. – Повторил он в конце.
– Спасибо, – Даня вновь обнял отца.
– Пошли в столовую, там ждет приятный сюрприз, – Ларкариан улыбнулся.
– Мороженное! – восторженно выкрикнул Даня.
– Лучше! – Отец подмигнул ему и подтолкнул к выходу.
Герман довольно заулыбался, он тоже был любитель всяких вкусностей.
Они вошли в столовую, празднично украшенную цветами. Подойдя к столу, Даня открыл рот от удивления.
Помимо изысканного кушанья, различных фруктов, напитков в графинах, а также каких-то странных, в виде желтых ребристых яиц фруктов, посреди стола находилось большое сооружение темно-коричневого цвета и выглядело как замок в миниатюре. Он стоял на возвышении, точно так же, как и натурный, даже была видна дорога, трава, кустарники. Герман облизнулся.
– Шоколадный торт. – Пояснил довольный Ларкариан, видя реакцию сыновей. – Сделан на заказ, его доставили вчера вечером.
– Шоколадный! – восхищенно произнес Даниил, прижав руки к груди.
– Садитесь, чего застыли, – заулыбался отец и подтолкнул Даню к стулу.
Пока мальчик завтракал, поедая какие-то овощи и мясо, его глаза неотрывно смотрели на торт. Зато, когда очередь дошла до лакомства, Даня пищал от удовольствия! Он никогда в жизни не пробовал и даже не знал, что такое торт! И был нимало удивлен, так как из кусочков что-то вытекало, ну очень вкусное, одновременно и странное, похожее на цветное масло, но весьма приятное и сладкое. Как пояснил Герман, это был фруктовый сироп и сливочный крем.
Наевшись так, что едва дышал, Даниил откинулся на спинку стула. В этот момент он напоминал осоловевшего котенка, объевшегося сметаны. Даня вздохнул и почмокал губами. Хотелось еще, но больше съесть уже не мог.
Увидев пребывающего в блаженстве Даниила, Ларкариан с Германом засмеялись.
– Может, еще кусочек? – лукаво поинтересовался старший брат.
Даня отрицательно покачал головой, затем с большим сожалением посмотрел на оставшуюся большую часть торта и сглотнул.
– Хочу, но не влезет.
Герман засмеялся.
– Не переживай, – произнес он, кивнув на довольного Ларкариана, – отец магию наложит, завтра доешь, никуда не денется, останется свежим и таким же вкусным.
– Правда? – Даня подался вперед, глаза заблестели, он уставился на отца.
– Правда, – подтвердил тот.
Когда Даниил вымыл лицо и руки, Ларкариан рассказал ему о деде, как и почему они поссорились и расстались.
– Понимаешь, Даня, он ведь каким-то образом умудрился заблокировать нашу родовую связь, что в принципе невозможно, так как мы всегда чувствуем друг друга, где бы ни находились. По этому свойству можем безошибочно видеть нить пространства и перемещаться в тот мир, где находится близкий человек. На данный момент я его вообще не ощущаю, знаю только, что он не ушел за грань, как делают старейшие, когда им уже в тягость находиться среди живых. – Закончил свой рассказ хранитель.
– Жалко, – печально вздохнул Даниил. – Я бы хотел увидеть дедушку.
– Может, когда-нибудь и увидишь, у тебя впереди много времени, – утешил его отец.
– А что такое нить пространства? А я смогу перемещаться в другие миры? А где это, за гранью? А что там? – засыпал вопросами Даниил.
– Узнаешь, все узнаешь. И перемещаться сможешь, как только станешь драконом. Я объясню и научу тебя, сын, как это делать, и много чего еще. – От слова «сын» у Даниила внутри все встрепенулось. Ему очень нравилось это приятное, такое родное, простое и в то же время будоражащее слово – сын! Ведь никогда в своей жизни он ничего подобного не слышал. Как же сильно он любит своего отца!
– Ну что, пойдем переоденешься, нам предстоит еще один разговор. Герман, ты с нами? – обратился он к нему.
Тот поднялся и вышел из-за стола.
– И так засиделся, мне еще в город надо. Я знаю, о чем вы будете говорить. Ты уже давно мне все поведал.
Пожелав им приятно и с пользой провести время, Герман удалился.
Переодевшись, Даниил зашел в кабинет отца.
Ларкариан сидел в мягком кресле у дальней стены возле большого горящего камина. Даня устроился рядом в соседнем кресле.
Судя по задумчивому взгляду отца, устремленному на огонь, разговор предстоял долгий и серьезный. Но именно это и будоражило Даниила, ведь сейчас откроются многие тайны.
Ларкариан посмотрел на сына.
– Понимаешь, некоторые вещи не так просто объяснить, но рассказать о них надо.
– Отец, я умный, я пойму.
Хранитель улыбнулся.
– То, что ты умный, сомнений нет, – подтвердил он, – тогда начну издалека.
Даниил скинул обувь и залез в кресло с ногами, подогнув их под себя.
– Еще наши предки приняли решение не показываться людям в обличии ганских ящеров, это стало табу.
Отец вновь задумчиво посмотрел на огонь.
