Так вот, ребенок рос и по мере сил стал помогать по хозяйству. Все, что осталось от прежней жизни и хоть как-то могло пролить свет на то, кто он такой, это маленький клочок бумаги, где сохранилось только одно слово «Ларкариан», все остальное смыло морской водой. Чье это имя, они не знали, но бумажку сохранили, авось пригодится.
Когда мальчику исполнилось одиннадцать лет, пристал как-то к берегу корабль. После шторма ему требовался срочный ремонт, а также необходимо было пополнить запас пресной воды. На берег сошли люди, во дворе у семьи рыбаков имелся колодец, пока наливали воду, они разговорились.
Был среди них купец, что перевозил товар на продажу. Обратил он внимание на мальца, уж больно тот необычен из-за цвета волос, да и лицом явно из аристократов, не вязалось это с семьей рыбака.
Мужчина рассказал, как мальчик здесь очутился, упомянул и про записку. Купец долго думал, пожимал плечами, не знал он никого с таким именем, но не простой должен быть человек, судя по ребенку! Уже собрался уходить, но все-таки кое-что вспомнив, щелкнул пальцами. «Есть один с таким именем, Архимаг он. Живет в средиземном королевстве», – изрек купец.
Вот только где то королевство, а где рыбацкая хижина! Это полмира пройти надо. Рыбак погрустнел.
«Если добираться туда по суше с караванами, то месяцев семь уйдет», – подумав, произнес купец. «А найти его достаточно просто», – усмехнулся он. «Любой в том королевстве знает, где находится черный замок».
Распрощались, дойдя до лодки купец остановился и вновь посмотрел на мальчика. Немного подумав, подозвал к себе. Когда он подошел, то вручил ему две серебряные монеты, после чего сел в лодку и они отчалили.
После того случая прошел месяц. Поговорив с ребенком и приняв решение, его отправили в путь. Как и говорил купец, семь месяцев Даниил добирался до замка Архимага.
Много невзгод встретилось на его пути. Мальчик голодал, попадал в различные неприятные ситуации, но дошел.
Ларкариан закончил излагать легенду и посмотрел на Даниила, тот шмыгал носом.
– Что с тобой? – не понял он.
– Жалко! – ответил сын и тяжело вздохнул.
– Кого жалко? – не понял отец.
– Того мальчика, – тихо произнес он.
Ларкариан засмеялся.
– Даня, это же выдуманная история о тебе, твоя легенда.
– Но ты так рассказал, как будто все было на самом деле, мне стало его жаль.
Отец покачал головой и улыбнулся.
– Все запомнил? Готов дальше слушать?
Даниил вновь вздохнул и утвердительно кивнул.
– Можешь добавить к рассказу уже свою историю, – продолжил отец. – О том, как ты жил у мельника, только прожил у него всего пару месяцев, ну а дальше свои странствия. Только не упоминай, зачем на самом деле шел в замок.
– Я понял. Мне тяжело вспоминать то время, – грустно произнес он и опустил голову.
– Надеюсь, этого не потребуется. Вряд ли кто станет тебя подробно расспрашивать, просто имей в виду.
– Хорошо, – подтвердил Даниил. Расслабившись в кресле, он уставился на огонь.
Ларкариан решил кое-что добавить, а то картина будет не полной.
– После того как ты мне все рассказал, я стал проверять твои слова, и они подтвердились. Вот такую историю я распространил в народ в виде слухов. Завтра представлю тебя как своего настоящего сына вначале жителям нашего замка. Через два дня будет королевский прием, куда мы приглашены. На нем ты будешь представлен перед высшим обществом. Многие хотят увидеть родного сына верховного Архимага. Девочки будут в восторге. Они уже обо всем знают и очень падки на всякие слезливые истории, а уж как увидят такого красавчика, то в покое не оставят.
– Как это не оставят? – заволновался Даниил, встрепенувшись.
– Окажешься в их плотном кругу внимания, – усмехнулся отец.
– Папа! – выдавил из себя Даня и сглотнул.
– А в чем проблема? – театрально удивился он и поднялся. – Засиделись мы с тобой, пора и делами заняться.
Выйдя из кабинета, Даниил убежал на конюшню к четвероногому другу. Конь встретил его радостным фырканьем. Мальчик обнял его, затем, посмотрев по сторонам, убедившись, что никого нет, поведал, что стал драконом и сыном великого хранителя.
Пообщавшись с ним, поднялся на крышу башни. Стоя на краю, представляя себя в полете, он довольно поежился.
Вечером Ларкариан, усевшись поудобней на мягкий большой диван, откинувшись на спинку, вытянул ноги. Сын тут же оказался рядом.
– Папа, расскажи, как ты жил? Ты так и был все время один? – попросил мальчик.
Он приобнял его, прижав к себе.
– Нет, конечно. – Ларкариан вздохнул, воспоминания были тяжелыми.
– Когда я был моложе, брал на воспитание маленьких бездомных детей. Брошенных, никому не нужных, и относился к ним как к родным. Обучал, воспитывал, они росли, взрослели, старели, а затем умирали. Жена у меня тоже была. Нравилась мне одна молодая красавица, и так случилось, что полюбили друг друга. – Ларкариан тяжело вздохнул. – Как ты знаешь, общих детей у нас быть не могло, но жили в любви и заботе друг к другу. Шли годы…, в итоге я остался один. – Отец замолчал, ком подкатил к горлу.
– Почему? – искренне удивился Даниил.
