– Потому что ты не знаешь силу Архимага. Если у Ларкариана от случившегося слетят все табу, то… – король не договорил, едва не сказав лишнего.
– Папа, я с тобой! – выкрикнул сын и упрямо топнул ногой. Даниил для него был важнее всего на свете
Ничего не ответив, король быстрым шагом направился по коридору, он даже не снял свой царский бордовый, расшитый золотом халат, и распахнутый он развивался в стороны. Мальчик пристроился сбоку и почти бежал, потому что отец передвигался очень быстро.
Ларкариан уже был на месте возле одежды Даниила.
Глава стражи остался позади, он побоялся стоять рядом с Архимагом.
Хранитель внимательно осмотрел вещи. Они лежали на земле, повторяя контуры мальчика, рукава были раскинуты в сторону. Несомненно, это одежда Даниила.
Складывалось впечатление, что он упал, а потом тело просто исчезло, осталась лишь одежда.
Что-то блеснуло, Ларкариан присел, откинул ворот пиджака, затем рубашки и потянул за золотую цепочку. У него в руке оказался родовой медальон. Но такого не могло произойти, его невозможно снять! Медальон был без повреждений!
Ларкариан убрал его в карман, повернулся и посмотрел на мертвого мальчика. На пару секунд задумался, анализируя произошедшее и с силой сжал магический посох. Он тут же затрещал, по поверхности пробежали всполохи голубых искр. Глаза хранителя вспыхнули багровым пламенем.
Вокруг Архимага резко похолодало. Стужа стала быстро распространяться во все стороны.
Облака, что плыли по небу, изменили свое направление движения на круговое. Они начали трансформироваться в густые тяжелые черные тучи. Не прошло и нескольких секунд как заклубились и прогремели первые мощные грозовые разряды.
Ларкариан повернулся, и погруженный в себя медленно пошел по улице.
Земля, заборы и стены близлежащих домов покрывались инеем. Тучи уже не клубились, в небе творилось что-то невообразимое! Молнии сверкали постоянно, били в землю, возникали многокилометровые горизонтальные гигантские вспышки, озаряя, весь город. Глаза Архимага не просто горели, они пылали, источая багровое пламя.
Все, кто был на улице или жил в домах в ужасе бежали подальше от этого места.
Впереди из-за поворота появился король. С боку к нему тут же прижался испуганный принц.
– Ларкариан нет! – прокричал его величество.
До мага оставалось метров двадцать, стало трудно дышать, холод пронизывал до костей, на лице появился иней.
Рикон схватился за халат отца руками, ему было ужасно страшно. Он вспомнил как шутил по поводу невообразимой мощи Архимага, и вот теперь увидел ее воочию.
– Ларан остановись! – вновь выкрикнул король, проводя рукой по лицу, убирая иней.
Видя состояние хранителя, он понимал, еще немного и в небо взмоет гигантский разъяренный дракон и тогда всему придет конец.
Ларкариан его не слышал, и медленно шел вперед. Буйство в небесах усиливалось. Клубящиеся черные тучи увеличивали скорость вращения, образуя немыслимых размеров магический водоворот. Уже весь квартал города был покрыт инеем. Король ощутил, как начинает промерзать насквозь. Рика всего трясло крупной дрожью, его ноги подкашивались, но принц продолжал держаться.
Остались считанные мгновения и над столицей разнесется громогласный рокот, кричащего от гнева и боли души гигантского зверя! И нет такой силы, которая сможет остановить обезумевшего от горя хранителя миров!
– Ты погубишь весь город и моего сына! – сделал последнюю попытку король, крепче прижимая к себе сына.
В этот момент принц вырвался из объятий отца и сделал несколько шагов вперед навстречу Архимагу. У него текли слезы и замерзали на щеках. Юноша, превозмогая страх, прижал руки к груди в молящем жесте.
– Дядя Лоран, зачем вы убиваете нас? Даня вам этого не простит! – полным от ужаса голосом прокричал он что было сил.
Ларкариан внезапно замер. Его взгляд обратился на трясшегося и почти полностью покрывшегося инеем ребенка. Имя его сына и детский голос Рика пробился в сознание остудив пыл, он тут же сник и опустил голову.
Пламя в его глазах стало затухать. Посох перестал светиться, холод начал отступать. Тучи быстро исчезли и вскоре небо прояснялось.
Хранитель тяжело вздохнул, поднял уже нормальные человеческие глаза, только полные боли и страдания.
– Простите, – произнес он.
Король провел руками по мокрому лицу. Несколько раз глубоко вздохнул и, быстро подойдя к нему, крепко обнял. Придя в себя, сорвавшись с места, то же самое сделал принц.
В этот момент из-за поворота на гигантской скорости вылетел Черныш. На нем восседал Герман. Резко затормозив, он спрыгнул с седла, а конь рванул к одежде мальчика. Подскочив, он подогнул передние ноги и, нагнув голову, стал ее обнюхивать, затем, вскочив, встал на дыбы, заржал и ударил копытами в землю.
– Что произошло? – произнес сам не свой Герман, подлетая к отцу.
– Даню похитили, – пропищал за него Рик, всхлипывая и шмыгая носом. Принц показал рукой в сторону, где находился Черныш, нервно бьющий копытами.
– Ты как? – наконец поинтересовался король у Ларкариана, с осторожностью отпуская его, боясь, что он вновь сорвется.
