– Все нормально, – ответил тот и посмотрел на Черныша, затем на Германа. – Как ты здесь оказался?
– Я был во дворе, как внезапно раздалось конское ржание, затем треск ломающегося дерева. Из конюшни, разнеся все в щепки, выбежал Черныш. Он толкнул меня в грудь мордой, стал фыркать, мотать головой. Я не мог понять, что происходит, к тому же слегка испугался. В его глазах была тревога, тогда я произнес имя Даниил. Черныш встал на дыбы и ударил копытами в землю. Стало понятно, что-то случилось. Я запрыгнул на него, даже не оседлал, а дальше он сам выбирал дорогу, куда нестись.
– Вы так быстро сюда добрались? – удивился король.
Герман сам был поражен, какую немыслимую скорость развил Черныш.
– Вы не представляете, ваше величество, эта зверюга просто летела. Я вцепился в круп, прижался к нему, думал, меня потоком воздуха снесет. На всю дорогу от замка ушло пятнадцать минут. – Он посмотрел на отца.
Еще издали заметил, как над городом происходило что-то несусветное, но интересоваться не стал.
– Что будем делать?
– Пока не знаю, – произнес Ларкариан, тяжело вздохнув, и посмотрел на принца.
– Спасибо, ты сегодня всех спас, – он похлопал его по плечу.
Рик шмыгнул носом. Его все еще потряхивало.
– Владелин, – обратился Ларкариан к королю, – иди домой, я сам всем займусь. О произошедшем никому ничего не сообщайте. Насчет светопреставления, что я устроил, что-нибудь придумаешь. Я сообщу, если что-то узнаю о похищении Даниила. Не пристало тебе в таком виде бегать по улицам.
Король посмотрел на себя и, запахнув халат, глянул на Ларкариана.
– Держись.
Хранитель тяжело вздохнул.
– Будь уверен, подобное не повторится.
Король взял сына за руку и направился к концу улицы. Пройдя несколько шагов, увидел выглядывающего из-за угла бледного, взъерошенного секретаря.
– Карету, немедленно! – гневно прокричал он.
Не успел он дойти до поворота, как появилась его личная гвардия и подъехала карета. Секретарь обо всем позаботился заранее.
Король дал распоряжение взявшемуся из неоткуда начальнику стражи, чтобы пока не снимали оцепление и никого сюда не пускали, затем залез с сыном в карету. Улица опустела, стало тихо.
– Отец, что произошло? Следы есть? Кто это сделал? Что-нибудь нашел? – Герман был сам не свой, на его щеках играли нервные желваки.
К ним подошел Черныш и уткнулся в грудь Ларкариана.
Он похлопал его по морде.
– Не печалься, все будет хорошо.
Черныш в ответ фыркнул.
– Кто это сделал, пока не ведаю, – произнес Ларкариан. – То, что его похитили, это факт, но вот каким способом мне не ведомо. Поверь, я много поведал за свою жизнь. Исчезло тело, да так, что даже охранный медальон остался на земле. Чтобы разобраться в этом вопросе, здесь нужен мой отец.
Герман покачал головой.
– Как же такое могло произойти?
– Не знаю, – продолжил хранитель. – Ничего не вижу в тонких структурах. Возмущение астрала имеется, как остаточный след, значит, имело место перемещение в другой мир. Вот только по нему не определишь, в какой. Осмотри здесь все, в том числе погибшего мальчика, мне было не до этого, – закончил он.
Герман глянул в сторону лежащего на земле ребенка.
– Он мог что-то видеть, за это и убили. Теперь уже ничего не скажет, – сын тяжело вздохнул. – Ведь было что-то еще, из-за чего ты потерял контроль над собой?
Ларкариан посмотрел на одежду сына.
– Слабая, едва уловимая посторонняя темная аура.
Герман не успел уточнить, что это значит.
– Скажет! – задумчиво произнес Ларкариан, поглядывая на мертвого ребенка. – Жди здесь, ничего не трогай, я скоро вернусь, – он мгновенно исчез.
Герман подошел к одежде Даниила, рядом встал Черныш. Что имел в виду отец под словом «скажет», он же мертв?
* * *
Где-то в другом мире, в недоступном месте глубоко в горах, с древних времен еще сохранилась часть старинного замка. В одном из помещений глубоко в подземелье на деревянном кресле с высокой спинкой сидел странного вида человек.
Несколько магических светильников висело возле самого потолка, освещая комнату.
Лица его видно не было, так как свободный балахон из грубой черной ткани с глубоким капюшоном полностью скрывал его.
Руки человека лежали на подлокотниках. Его серые длинные пальцы с ороговевшими черными ногтями говорили о том, что он не совсем человек.
Сбоку в сохранившемся камине горел магически созданный зеленый огонь. Человек практически не шевелился, лишь иногда постукивал указательным пальцем по подлокотнику.
Прямо перед ним на каменном полу была вырезана многогранная магическая печать со множеством символов и кругом в центре.
Символы засветились, круг вспыхнул голубым пламенем, и там возник молодой человек. Он был одет в такой же балахон до пят, только серого цвета, и капюшон откинут на спину. Прямые белые волосы ниспадали до плеч, его лицо имело неестественный сероватый оттенок. Глаза абсолютно черные, а губы синие. Лицо имело вытянутую форму с прямым узким носом и острым подбородком.
Молодой человек вышел из круга и поклонился.
– Все исполнено, учитель. Он доставлен и заточен, – голос его звучал тихо, издавая при этом какие-то хрипы.
