Ларкариан медленно спускался все ниже и ниже, пока не достиг имевшегося там коридора. Он повернулся и увидел мощные железные прутья, а за ними грязного, истощенного, едва живого сына.
Увиденное привело князя в неописуемое бешенство. Подскочив, схватив прутья двумя руками, он вырвал их из камня, а затем, издав нечеловеческий крик, полный боли, не просто сорвал остальные прутья, но и разорвал их на части, словно те были бумажными.
Метнувшись к сыну, Ларкариан упал на колени, слезы катились по щекам не переставая. Даниил дышал отрывисто, был не в себе и бредил, шепотом повторяя одно и то же слово: «Папа».
Быстро сняв с себя рубаху, отец аккуратно завернул в нее сына. Взяв его на руки, прижал к себе. Даниил затих и потерял сознание. Мальчик до последнего каким-то образом не позволял себе отключиться, продолжая звать отца. Ларкариан перенесся в замок, в его комнату, и, положив на кровать, выскочил в коридор.
– Отец! – заорал он от переполняющих его чувств так, что в окнах вылетели стекла, хотя просто мог ментально позвать его.
Только вернуться к Даниилу, как в комнате появился встревоженный Яволод.
Мгновенно оценив ситуацию, старик схватил Ларкариана за руку и силой вытащил из комнаты.
– Иди, успокойся, дальше я им займусь, все будет хорошо. Ты не в состоянии что-либо делать.
– Отец! – только и смог выдавить из себя Ларкариан.
– Уйди с глаз моих! – он повысил голос. – С мальчиком всё будет хорошо. Яволод встряхнул сына. – Ты понял меня?
Ларкариан кивнул и исчез. Вернувшись в комнату, старик убрал с Даниила рубашку, в которую он был завернут, и, применив магию, очистил тело от грязи. На истощенного ребенка было больно смотреть. Покачав головой, тяжело вздохнув, Яволод откинул одеяло и уложил мальчика в постель. Проведя над ним руками, провел диагностику его состояния. Засопев от негодования, приступил к лечению.
Ларкариан уже несколько часов сидел за круглым столом в столовой, оперившись о него локтями и закрыв лицо ладонями. Он надеялся успокоиться, ведь Даниил вернулся, но ему по-прежнему было ужасно плохо.
Рядом находился Герман, но утешать в данный момент или что-то говорить отцу не решался.
Наконец в столовую вошел уставший Яволод.
Ларкариан тут же встрепенулся и, повернувшись, вскочил.
– Все сделал, – уставшим голосом произнес отец и, присев, налил бокал вина, тут же его осушил.
– На данный момент его здоровью ничего не угрожает, мальчик спит. Ему сильно досталось. Были проблемы из-за множества внутренних повреждений. Его мучили, применяя темную магию, разрушая внутренние органы и ткани, насыщая их ядом разложения. Поверь, даже мне было непросто его удалить, но всё позади. Я насытил его жизненной силой и удалил из памяти эмоциональный фон произошедшего. Он станет помнить, что с ним произошло, но не испытывать переживаний. Проснувшись через три дня, будет здоров.
Сын не выдержал и, присев рядом с отцом, обнял его.
Яволод похлопал его по спине.
– Ты тоже многое перенес за эти дни, и стоит отдохнуть. Больше ни о чем не переживай. Об остальном поговорим завтра. Тех, кто это сделал, мы рано или поздно найдем, или я не самый древний и мудрый хранитель миров.
– Спасибо, отец, – прошептал сын.
– Надо возле внука сиделку посадить, – обратился Яволод к Герману.
– Я сам возле него посижу. – Герман поднялся.
– Ну сам, так сам, – согласился дед и посмотрел на Ларкариана.
– Остальным хранителям сам сообщу, что мальчик найден. Как отдохнешь, соберем совет. Нам есть что обсудить. – Яволод тяжело вздохнул.
Утром следующего дня Ларкариан первым делом проведал Даниила. Герман так и сидел возле него в кресле всю ночь.
– Ты бы отдохнул, – обратился он к сыну.
– Я не устал. – Герман потер лицо руками и потянулся. – Еду мне принесут, а ты своими делами занимайся.
Еще раз посмотрев на мальчика, Ларкариан переместился в малый зал для приемов. За круглым столом уже находился о чем-то задумавшийся отец.
Подойдя, он присел рядом.
Выйдя из задумчивости, Яволод посмотрел на него.
– Я подумал и не стал сообщать остальным, что Даниил найден. Лучше ты сам это сделаешь. Так будет правильней.
Ларкариан протянул руку и нажал на центральный камень артефакта, которой все это время, начиная с Синклита, оставался в центре стола.
Не прошло и нескольких минут, как прибыли все хранители. Ларкариан с отцом поднялись, народ не спешил занимать свои места, продолжая стоять возле стола.
– Вчера сын был найден. Он жив, отец излечил его. На данный момент мальчик спит, – оповестил всех Ларкариан.
Прибывшие зашумели, принялись поздравлять его, что все благополучно разрешилось, затем посыпались различные вопросы.
– Где нашли? Как? Что-то удалось установить насчет похитителей?
Ларкариан пригласил присутствующих присесть и рассказал, как все произошло.
– Я собираюсь досконально обследовать то место, да и сам мир, – высказал свое намеренье Яволод.
– Мы присоединимся, – почти одновременно произнесли главы родов.
Ларкариан скинул отцу структурной образ нити перехода, тот в свою очередь поделился с остальными.
