— Куда он делся?
— А ты как думаешь, Оссимур? — с сожалением проговорил чародей.
Взгляд разбойника упал на мертвого коня.
— А с этим что? — спросил он.
— Мертв, — ответил Валейгар. — Боюсь, обстоятельства далеко не радужны…
Маг вошел в другое стойло и слегка толкнул последнего скакуна. Конь так же, не шелохнувшись, пал на землю, словно был то не конь, а статуя из черного мрамора.
— Этот колдун украл Огонька! — злостно воскликнул Оссимур. — Будь он трижды проклят!
— Вижу, кража лошади расстроила тебя куда больше, нежели исчезновение верного соратника Бриана, — заметил Валейгар и, вздохнув, пошел к выходу.
— Ты куда, чародей?
— В Тригорье, — бросил маг.
— Пешком?
Маг остановился под аркой входа и обернулся.
— А ты располагаешь более интересными предложениями?
Оссимур снова посмотрел на мертвую лошадь, сжал кулаки и, прихватив мешок с припасами, быстро зашагал в сторону выхода.
Валейгар шел чуть впереди. На востоке уже светало. Дорога вела их среди мрачных руин Олдиора.
— Долго ли идти?
— Три дня, коли не будем засиживаться на привалах, — сказал маг. — Но ничего, спешить нам некуда.
— Почему же некуда? — не согласился Оссимур. — Колдун, верхом на моей лошади, уже наверняка подъезжает к Тригорью.
— Тебе нужен его подельник Стрелок, а мне нужно понять, что Двимгрин замышляет и зачем идет в Тригорье. Ловить самого колдуна тебе ни к чему, как и мне. Он сегодня обвел нас вокруг пальца. Убийство лошадей и исчезновение Бриана — это лишь предупреждение. Если мы опять подойдем слишком близко, он может прибегнуть к более жестким мерам, и тогда нам не сдобровать. Поэтому нам следует держаться на расстоянии, а не наступать ему на пятки.
— Думаю, этой проблемы в ближайшее время уже не возникнет. Как бы мы ни старались, с каждым мгновением колдун лишь увеличивает разрыв между нами.
— Это только благодаря тебе, уважаемый Оссимур…
Глава Братства Волков промолчал. На ходу он то и дело, озирался, осматривая унылые окрестности. Городские улицы остались позади, зданий и построек становилось все меньше, — в основном то были сгоревшие хижины, окруженные поваленными заборами. Позднее поросшие зеленью каменные мостовые под ногами сменились широкой пыльной дорогой.
— Сотня собралась на площади, военачальник!
Военачальник Хасба сидел за столом и, казалось, не услышал вошедшего воина в начищенных до блеска доспехах. Лучи утреннего солнца лились через распахнутые окна просторного зала. Снаружи доносился отдаленный гомон голосов. Хасба что-то писал на небольшом листе бумаги. В последний раз обмокнув перо в чернильницу, он старательно вывел под текстом свое имя, свернул письмо, капнул сургуч на бумагу и раздавил вязкую каплю печатью наместника Алкайгирда.
Воин сделал шаг и повторил:
— Сотня собралась, военачальник!
— Я слышал, — отозвался наконец Хасба и встал из-за стола.
Военачальник был не стар, но уже и не молод. Побитые сединой русые волосы были гладко зачесаны назад и собраны в хвост. Лицо украшали два шрама: один рассекал лоб ровно над переносицей, другой был на правой щеке. В свое время он был участником похода на восток под началом короля Алнайты. Тогда, два десятка лет назад, королевства Межгорья Санамгел и Афеллаэсс предоставили помощь Эфоссору в битве с Мраком, что сгущался за Небоскребущим Хребтом. От простого воина за двадцать с небольшим лет Хасба дорос до титула военачальника крепости Алкайгирд.
Хасба подошел к воину и вручил ему запечатанное письмо.
— Отправь гонца в Ралгирд, Эрион. Это послание королю. Со скорбными вестями, о которых всем нам известно…
Воин кивнул.
— Сколько бойцов?
— Я снарядил сотню. Все, как ты распорядился, Хасба.
— Отлично, — произнес военачальник. — Я сейчас приду.
Воин вновь кивнул и развернулся, чтобы покинуть помещение, но у выхода замешкался.
— Что делать со Вторым Мечником? Казнить его?
Хасба задумался на мгновение.
— Нет, — ответил он. — Пусть посидит в темнице. Казнить его не нужно. Он ни в чем не виноват.
— Он трус, Хасба. Я уверен что он сбежал.
— Мы не знаем наверняка, что произошло, — возразил Хасба. — Я лично говорил с ним. По его словам, наместника убил колдун.
— Чего только люди не придумывают, чтобы оправдать свою трусость! — усмехнулся воин.
— Вот я и выясню, Эрион, придумал он это или нет. Держите его взаперти. Дважды в день приносите еду и воду.
— Будет сделано, Хасба, — произнес воин и вышел из зала.
Спустя некоторое время военачальник уже спускался по широким ступеням с верхних ярусов крепости. Лестница примыкала к стенам, вилась среди смотровых башен и массивных каменных строений и устремлялась все дальше и дальше вниз. Албут-кайлур-гирд, — он же Алкайгирд, — представлял собой высокую крепость, возведенную на западных склонах Новых Гор. Снизу, с главной площади и улиц, доносились голоса и топот марширующих войск, сопровождаемые барабанными ритмами. За спиной же, наверху, там, где начинались ступени, было совсем тихо. Там располагалась башня с покоями наместника. Теперь она пустовала.
