Яростный бой разразился в Омраченном Королевстве. Он длился долго. Думтеры нападали, а маги отражали их натиск. Но с каждой новой атакой грязевых демонов Ноккагар чувствовал, что теряет силы. Сдерживать натиск нечисти становилось все труднее. Раскрывая огромные бездонные пасти, думтеры пытались поглотить магов. Гвидион стоял рядом с Верховным Магом, но без чародейского посоха он чувствовал себя безоружным, и все, что ему пока удавалось, — создавать магический щит вокруг себя и соратников, один из которых, — рыжебородый маг Ариорд, — по-прежнему лежал у ног и смотрел в небо бесцельным застывшим взглядом. Чуть в стороне от места схватки, злорадно предвкушая скорое поражение тригорцев, стоял колдун Бэнгил. Огненный меч пылал в его руке, и блики алого пламени исполняли дикий танец на бледном лице.
Верховный Маг отразил очередную атаку, ударив во врага обжигающим сполохом света, и тут же обернулся, чтобы защититься от другого думтера, но не успел. Огненные глаза, преисполненные лютой ярости, он увидел прямо перед собой, и огромный рот грязевого демона вмиг раскрылся, но не для того чтобы проглотить мага. На сей раз думтер замыслил другое… Ноккагар не успел увернуться от мощного потока серой жижи, вырвавшейся из нутра чудовища. Маг ничего не видел, и захлебываясь, он стал отступать. Он услышал приглушенный крик Гвидиона, сразу оборвавшийся, и в тот же момент из правой руки Ноккагара был вырван посох.
Когда поток грязи прекратился, волшебник вытер лицо и смог наконец открыть глаза. Пребывающий в забвении Ариорд теперь лежал под слоем грязи. Гвидиона здесь больше не было… На возвышенности, за стеной врагов, Верховный Маг увидел Бэнгила. Колдун ухмылялся. Он не сомневался в близкой победе.
— Ну и что ты будешь делать теперь, Ноккагар, — воскликнул Бэнгил. — Признай уже свое поражение! Тогда, возможно, ты будешь жить. Будешь служить великому делу Мастера!
Думтеры замерли, словно для того, чтобы дать магу ответить. Но Ноккагар не торопился отвечать. Его шансы на победу были и вправду невелики. Вернее сказать, их почти не было. Да, потеря посоха, не была для него чем-то смертельно опасным. Он вполне мог бы управиться и без него. Но волшебных сил почти не осталось. Ноккагар был столь слаб, что едва держался на ногах, хоть и всем своим видом он пытался скрыть эту слабость. Сил больше не было… Но они были у Ариорда.
Ноккагар молниеносно бросился к спящему под слоем грязи соратнику и упал на него, примкнув к его груди. Бэнгил не мог больше видеть мага — думтеры закрывали ему обзор. Но колдун вмиг понял, что тригорец что-то задумал.
— Покончить с ним! — вскричал он, и думтеры разом набросились на Ноккагара.
В то же мгновение раздался крик Верховного Мага Тригорья. Что кричал он, было непонятно, а вскоре его слова и вовсе потонули под навалившимися на него бесформенными громадами грязевых демонов.
Все стихло. Бэнгил убрал огненный меч. Он был доволен собой. Скоро весь мир узнает, что могучий Бэнгил расправился с Ноккагаром. Теперь уж точно не Эсторгану занимать место Правой Руки Мастера.
Но ликование его вдруг прекратилось. Внезапно земля загудела. Холм, образованный думтерами, задрожал и взорвался. Огромные комья серой жижи разлетелись во все стороны. Забросанный ими Бэнгил упал навзничь. Когда же колдун протер глаза, он с ужасом увидел, что всех его думтеров разорвало на части. Еще больше он ужаснулся, узрев живого Ноккагара, который стоял в куче грязи. Верховный Маг, едва стоя на ногах, направился прямо к колдуну. Накатившая усталость пыталась сломить его с каждым новым шагом. Но он держался, чтобы довести дело до конца.
По пути он наклонился и поднял с земли свой магический посох. Бэнгил же попытался встать, но понял, что не может этого сделать. Он стал разгребать липкую грязь, но та лишь сильнее твердела, сдавливая его тело. Не в силах он был и достать свой меч. Колдун издал яростный крик.
Ноккагар уже стоял над ним. Чуть склонившись, он резким движением сорвал что-то с шеи беспомощного колдуна.
— Амулет силы, — промолвил тригорец. — История повторяется, не так ли, Бэнгил? Только теперь перед тобой стоит не Экгар Мракоборец. Сколько прошло? Двадцать лет? Я многому научился за это время. Я развивал свои способности, изучал что-то новое. А ты, как я вижу, остался на том же уровне, глупый Бэнгил.
Колдун взмолился:
— Пожалуйста, пощади, Ноккагар. Пощади! Я уйду! Исчезну! И ты никогда обо мне не услышишь. Прошу.
— То, что ты исчезнешь, сомнений нет, — дал ответ Ноккагар. — За это я ручаюсь. Но о пощаде забудь.
— Пощади! — слезно молил колдун.
Взгляд Верховного Мага был суров и полон решимости.
— Экгар пощадил тебя, и то было великой ошибкой. Я не стану ее повторять.
Ноккагар перевернул посох и, собрав остатки сил, вонзил его в грудь прислужника Тьмы. Острые пики трех гор, вырезанные на наконечнике, глубоко вошли в плоть колдуна. Бэнгил захрипел, и полное дикого страха лицо колдуна почернело. Потом тело его вспыхнуло и вмиг обратилось в пепел.
