На небольшой прогалине Алед наткнулся на скопление белых грибов. Изголодавшийся, он накинулся на них и стал уплетать один за другим. Сырые грибы — не лучшая еда, но выбирать не приходилось.
Внезапно он услышал шелест неподалеку и замер. Осторожно повернувшись в сторону звука, он заметил оленя среди деревьев. Как выяснилось, животное занималось здесь тем же, что и Алед — поедало грибы. И пока оно не замечало путника. Разбойник же сразу забыл о грибах. Он нащупал рукой самодельное копье, которое лежало рядом, и прицелился. Олень настороженно поднял рогатую голову. Взгляд его теперь был устремлен прямо на санамгельца. Человек не собирался медлить. Одно не очень умелое, но молниеносное движение — и копье полетело в цель. Жалобный крик оленя эхом разнесся по лесу.
После плотного обеда Алед прилег под ветвями старой ели, вслушиваясь в пение лесных птиц. Силы вернулись к нему. Рядом еще дымило место тлеющего костра. Туша убитого оленя, частично разделанная, лежала поблизости с кучкой обглоданных костей. Где-то неподалеку в разломе скалистого склона журчал ручей, из которого Алед уже успел вдоволь напиться воды.
Санамгелец лежал в роще вдали от родной страны и смотрел в вечернее небо через переплетение хвойных ветвей. Он понятия не имел, сколько верст до ближайшего города и сколько дней пути до Замка Магов. Это немного пугало его.
Отдыхал он недолго. Нужно было пройти еще хотя бы несколько верст до наступления темноты. Завернув кусок оленьего мяса в плащ, он снова выдвинулся в путь. Рощи были в этих местах не слишком густыми и потому почти не замедляли движение. Иногда на пути попадались взгорья, которые позволяли ему свериться с направлением дороги, которую он по-прежнему мог без труда различить справа.
Так прошел день, другой, третий… По пути он питался грибами, охотился на оленей. Путник не раз вспомнил ту полезную магическую способность Двимгрина, с помощью которой за одну только ночь ему удалось преодолеть огромное расстояние. Неизвестно было, насколько быстро колдун гнал лошадей и в последующие ночи. Может быть он всегда пользовался подобными трюками в большей или меньшей степени. В силу этого Алед не мог даже представить, насколько далеко теперь Межгорье. Он даже не пытался подсчитать, сколько сотен верст они вместе с колдуном могли оставить позади за какую-то пару-тройку дней. Но мало-помалу он продвигался на север. Полоса тракта справа вскоре повернула на северо-восток. Алед, идущий по своему тернистому пути тоже изменил направление.
В конце четвертого дня после разделения с колдуном он заметил, что дорога отдалилась от опушки Мотходэка, и он наконец решился вернуться на нее. Путь через леса и поля изматывал его. Когда же он ступил на дорогу, ему показалось, что ноги его просто летят по ней, и он готов идти так хоть день и ночь напролет.
Впереди путь пересекла узкая река, что с шумом неслась с севера на юг. Она была довольно мелководной, и перейти ее вброд не составляло труда. Сразу за ней дорога продолжалась. Там же, на берегу, возвышалось старое строение в виде высокой каменной башни.
Алед обрадовался, но надежда на встречу с людьми угасла, как только он перешел реку. Высокая башня оказалась заброшенной. Стены ее поросли зеленым мхом. Сорванная с петель дверь, уже давно прогнившая, валялась подле входа. Внутри стоял такой смрад, что Аледу расхотелось заходить внутрь, едва он приблизился к дверному проему. В округе перед башней повсюду лежало ржавое оружие и измятые доспехи. Все давно поросло седым бурьяном. Когда-то давно здесь произошло сражение.
Алед посмотрел на башню еще раз. Недалеко от нее на берегу он увидел руины сожженных домов. Похоже, что много лет на этом берегу стояла пограничная застава. Это означало, что Алед пересек границу некогда существовавшего королевства. Что-то подсказывало ему, что судьба этого места была связана все с той же великой Войной.
Он продолжил путь. В скором времени дорога повернула на север. Смеркалось. Диск луны показался в темнеющем небе и вскоре исчез за черными тучами. Очертания руин виднелись повсюду. Все выглядело совершенно безжизненным, и плотная тишина стояла окрест. Алед нашел место для ночлега среди развалин каменного строения, которое когда-то служило кузницей. Крыша здания сгорела, а внутри все было разрушено. Только большая ржавая наковальня и доменная печь, словно мрачные памятники, остались стоять на своих местах. Алед порылся среди обломков и обнаружил кусок кремня, что его очень обрадовало. Используя кинжал как кресало, он вскоре развел костер около большого пролома в стене прямо на каменном полу кузницы.
Разбойник прислонился к стене и задумался. Взгляд его был устремлен в сторону пролома, за которым царствовала кромешная тьма. Где-то далеко тишину нарушали крики беспокойных сов. Ветер шумел над головой, шевелил остатки черепицы на крыши. Алед раздумывал о смысле жизни, который он утратил с того момента, как покинул Межгорье. Он не мог ответить себе на вопрос, зачем он здесь и с какой целью направляется в чуждое для него место.
