Хранительница полностью

– Твои волосы и твои глаза, – перечислял Неро. – Внешне ты копия своего отца, Деметрио. Но внутри ты другой. Это важнее.

Другой. Он был так уверен в этом.

А что, если нет?

Что, если…

– Твоя девочка хотела от тебя уйти?

«Ты не заставлял меня быть с тобой, ты помог мне решиться на то, чтобы быть счастливой».

Я не обидел её? Ни разу? Она ничего не умолчала от меня?

– Нет, – прошептал, слыша в голове крики, которые вырывались из горла Эбигейл, когда Арабелла уводила её.

– Отлично, значит, мы хорошо тебя воспитали.

Неро и Дэниел. Даже Арабелла внесла свою лепту. Она появилась, когда мне было шестнадцать, и я едва начал жить, избавившись от физического воплощения отца. Переродившись.

– И в чём проблема? Возьми себя в руки и больше не заставляй свою женщину плакать, – сказал брат, будто был там вместе с нами. – Я слышу, как тебе больно. А каково ей? Ты спросил?

«Пожалуйста, выслушай меня!»

Слёзы текли по её щекам. Им нельзя. Её раны слишком свежи.

«Отпусти меня! Он не сделает мне больно!»

Арабелла схватила её за плечи и грубо потянула к выходу. Но с ней следовало быть осторожнее: на её теле легко остаются синяки.

Она не хотела уходить. Не считала, что я сделал что-то постыдное. Совратил её. Я никогда не принуждал её к чему-то, так ведь?

Наши совместные моменты стали прокручиваться в моей голове. Я помнил каждое мгновение, проведённое с ней. Абсолютно. Ни секунды не было утеряно. Моя память – хранилище духа Эбигейл. Её прикосновений. Улыбок. Слов. И звуков, которые она издавала.

Глаза блуждали по чертам моего лица, окрашенных в оранжевый, словно я находился в самом сердце пламени. Я протянул руку вперёд, чтобы темнота окутала меня чуть сильнее. Так и произошло. Я стал постепенно пропадать, а затем, когда опустил крышку зажигалки, потушив огонь, и вовсе исчез.

Сердце забилось медленнее.

Как когда она была рядом со мной.

Покой. Эбигейл дарила мне его. Будучи с ней, я не думал о дерьме, на которое вполне мог быть способен. В здравом уме я даже не задумывался, что мог как-то навредить ей, потому что…

Нет, никогда.

Конечно, я всё ещё злился, но это не значило, что я её не любил.

Я исправлюсь и вернусь к тебе, Ангел.

– Неро?

– Да?

Послышался скрип, заставивший меня поморщиться. Наверное, он улёгся на свою койку, сон на которой был куда хуже сна на том же полу.

– Когда ты вернёшься?

– Скоро, Малыш, – прошептал Неро. – Скоро.

Эбигейл

Два месяца спустя

Иметь деньги – очень приятно.

Я могла есть и пить, что хотела, одеваться, во что хотела, и учиться там, где хотела. Но только не быть с ним.

И весь смысл терялся.

За последние два месяца я не прожила ни одного счастливого дня. Вероятно, потому что была зависима от Деметрио Асторе?

Он – мой эндорфин.

С ним я впервые за долгое время ощутила себя легко, потому что рядом наконец появился человек, который не прибавлял проблем, а решал уже имеющиеся. Жизнь перестала обременять меня с его помощью.

Он – мой дофамин.

Мой любимый. Мой мужчина. Мой ангел смерти.

Тот, кто мне нужен. Часть меня. Я не полная без него.

Он – мой серотонин.

Впервые после того, как жизнь стала рушиться, я почувствовала себя в безопасности с ним. В его объятиях. Так как знала, что существует человек, который пойдёт на всё, чтобы защитить меня от угроз внешнего мира.

Он – мой окситоцин.

Я не знала, как доверять мужчинам. Но он – единственный, кто не просто заслужил моё доверие, но ещё и не потерял его спустя время. А также унял страхи. И избавил от тревоги.

Деметрио Асторе синоним «счастья».

Мне всё равно, если для кого-то это неправильно. Всё равно, что я люблю мужчину, который, наверное, больше не любит меня. Я буду хранить воспоминания с ним как самый драгоценный опыт.

Несмотря на то, что впереди вся жизнь, а мне пока всего восемнадцать.

Восемнадцать.

Сегодня.

***

– Сюрприз! – прокричала я, неожиданно раскрыв изнутри дверцы большого шкафа прямо перед тем, как это хотела сделать Кая.