Хранительница полностью

Эбигейл не верила, что шрамы не изуродовали её. Считала себя некрасивой, но желанной для ублюдков. Я бы хотел, чтобы она никогда не знакомилась с людьми, с которыми ей пришлось встретиться, помогая Каморре. Она заслуживала жить в другом мире. В лучшем.

– Хочешь сказать, какой ценой? – Тон Арабеллы на мгновение изменился, будто она горько улыбнулась. – Большой. Только ты не сделал ничего плохого. Эбигейл влюблена в тебя, потому что ты заслужил быть любимым ей.

Я закачал головой, будто она видела меня. Моё несогласие с ней, потому что это было бы именно так, как она говорила, при условии, если бы я не навредил Ангелу. Если бы не лишил её невинности.

– Как бы ты ни старался, Деметрио, она всегда будет находиться в опасности здесь. Однако ты не можешь отпустить её, потому что вне ей ещё опаснее. Она сильная девочка, тем не менее…

Я был свидетелем двух нападений на неё ещё до того, как она начала работать с синдикатом. Знал, что с пятнадцати ей приходилось участвовать в боях без правил, потому что её отец, который никак не был связан с криминалом, использовал свою дочь как залог. Мир – дерьмо. И мой, и её.

– Эбигейл была здесь для тебя, но смогла помочь нам.

И что-то мне подсказывало, что она имела в виду совсем не Каморру, а себя. Я чего-то не знал?

Они на удивление поладили, несмотря на то, что Арабелла – не самый приятный для общения человек. Хоть я и запрещал кому-либо говорить о ней плохо, это правда. Эбигейл каким-то образом нашла к ней подход, а та в ответ занесла её в число своей семьи. Я не знал, из-за меня это или они на самом деле установили связь.

– Она молода, – напомнила Арабелла. – Но и ты тоже.

Мои плечи задрожали, когда в голове вспыхнуло число, внезапно ставшее ненавистным мне.

Семнадцать. Семнадцать. Семнадцать.

Слишком молода.

Я встал со своего места, подошёл к двери, но не взялся за ручку, чтобы провернуть её и впустить Арабеллу внутрь, а вместо этого сказал лишь одно-единственное слово:

– Уходи.

Она не стала противиться моей просьбе, тут же поднявшись с пола. Только прежде чем уйти, просунула под дверь тонкую папку. Дождавшись, когда Арабелла оставит меня и окончательно покинет этаж, цокая каблуками, я поднял папку, чтобы узнать, что же находится внутри.

И как только открыл её, перед глазами показалось лицо моей любимой. Сердце забилось чаще, когда я стал читать данные.

Имя: Эбигейл Ева Девора.

Дата рождения: 2 октября 2005 год.

Место рождения: Карсон-Сити, Невада, США.

Я должен был догадаться, так как мысли о ней преследовали меня не с её фальшивого дня рождения, а… Господи… Эта девушка была рождена в день памяти ангелов-хранителей.

Поистине Святая.

Я стал листать файлы один за другим в надежде найти ещё хоть что-то о ней, однако все они были пусты от информации. Вернувшись к самому началу, закрыл папку, чувствуя прилив ненависти к самому себе.

Ублюдок.

Телефон неожиданно зазвонил. Раздражающий звук проник в мою черепную коробку и начал биться о её грани прямо изнутри, мешаясь с эхом в ней. Я планировал просто проигнорировать звонок, но он не прекращался, пока я не стащил телефон с тумбы, собираясь швырнуть его об стену.

Но и этого не сделал, потому что скрытый номер остановил меня, заставив нахмуриться. Кто это? Не так много людей могли позвонить мне. Тем более так. Только…

Я принял звонок и приложил дисплей к уху.

– Неро?

Я не слышал его голос так давно, что боялся не узнать его. Обычно он разговаривал с Дэниелом. Быстро и по делу.

– Кто же ещё, Малыш?

Малыш.

Я очень надеялся, что никто нас сейчас не прослушивал. Меня не смущало, что он называл меня так с тех пор, как я был ребёнком, но не когда находился в окружении тюремщиков, которые могли немного не так его понять. Хотя ему было плевать.

– Кто тебе сказал?

Неро явно знал, что что-то произошло.

– Дэниел, – не став лгать, ответил брат. – Он ничего мне не объяснил, так что поторопись. У меня не так много времени.

Я попытался вспомнить разницу в наших часовых поясах, но всё, что не было связано с Эбигейл, вылетело из головы. Или я нарочно забыл это, чтобы освободить память для каждой мелочи о ней.

От осознания этого стало только хуже, потому что я не мог думать ни о чём, кроме этой девушки. Мысли о ней преследовали меня на каждом шагу. Я не знал, как жить по-другому.

Моё молчание продлилось слишком долго, поэтому Неро спросил:

– Где ты?

Его голос вытащил меня из подсознания, вернув обратно. В Неваду. Рино. Домик в лесу. В мою комнату. Без неё.

– Я… – Посмотрел по сторонам, словно забыл, где находился, усаживаясь на край кровати. – Дома.

Он знал, что это значит.

Я провёл в этих стенах больше времени, чем в собственной квартире в Лас-Вегасе или доме отца. С этим местом были связаны все воспоминания о детстве, которыми я дорожил.

Кроме одного самого главного.

Когда я чуть не умер.

И встретил её.

– Что случилось, Малыш?

Я сгорбился, уперевшись локтями в бёдра, желая удариться головой об пол, чтобы по моим вискам потекла кровь.