И когда Агнии исполнилось тридцать, когда она должна была набрать свою полную силу, отец запер ее во флигеле. Теперь у нее не осталось выбора. Если она хочет однажды вернуть себе хоть какое-то подобие свободной жизни, ей придется подчиниться. Выходить из дома она теперь могла только по ночам, не видясь с нами, и тайные записки – единственное наше средство общения. С помощью записки мы и договорились с ней встретиться однажды ночью.
Я выбралась из комнаты через окно, дошла по карнизу до «забытой» с вечера лестницы у стены, спустилась вниз. Агния уже ждала меня в парке, у самого болота, в кустах жасмина. Я рассказала ей все, что мы узнали с Яном. Она выслушала внимательно, а затем куда-то ушла. Вернулась через полчаса, когда я уже замерзла: приближалась осень, и если дни еще оставались жаркими, то ночи уже дышали прохладой.
– Его зовут Николай, – сказала она, нырнув ко мне в кусты. – Он на три года меня младше. Родился хворым, не думали даже, что выживет. Баба Яся говорила, что нужно отнести его в лес, оставить там, да маменька наша не согласилась, пожалела. И только когда через год после него родился Миша и она не смогла уже смотреть за двоими, отдала его в Желтый дом. Там с ним первое время жила няня, но затем она… погибла. И Николай остался один.
– Один? – ахнула я.
Агния кивнула, а затем заговорила быстро:
– Брось это, Леона. Не нужно тебе копаться в наших семейных тайнах. Повезло тебе родиться пятой, так живи нормальной жизнью. Замуж выйди, вот даже хоть за Яна своего, ежели отец позволит. И уезжай подальше. Слышишь? Ты Вышинская лишь до замужества, а после – забудь. Проклятие это, а не семья. Одно только знай: дитя у тебя единственное должно быть. Как родишь – храни как зеницу ока. Второго шанса не будет. Слышишь меня, Леона? Не копайся в этом. А сейчас – уходи. Уходи и забудь, что я сказала. Помни лишь одно: замуж выйди и уезжай. Ни к чему тебе все остальное.
И я ушла. Убежала. Бежала так быстро, будто за мной гнались волки. Взобралась по лестнице наверх, почти не держась, пробежала по карнизу, нырнула в окно, затем в постель, накрылась одеялом с головой.
