Несмотря на многие неудобства, жить с Рагнаром Эрике очень нравилось. В его горах всегда стояла приятная тишина, нарушаемая лишь самой природой. Но никак не толпой людей, что вечно куда-то торопятся, постоянно чем-то недовольны и никак не перестанут шуметь — это в деревнях и городах Эрику довольно часто раздражало, потому что порой хотелось просто хоть немного спокойствия и уединения в тишине природы. Однако этого она не могла достигнуть даже в родной деревне, что уж говорить о столице соседнего княжества.
Так что следующие две недели Эрика откровенно наслаждалась спокойствием, особенно по утрам. Ей нравилось просыпаться под пение птиц и не слышать гомона людей за окном. Пожалуй, единственные, кто мог испортить моменты неги в кровати по утрам, были разве что Грассом и Рагнар, которые часто переругивались, думая, что девушка их не слышит — или просто забывая о ней. Однако их разговоры за стеной девушку как раз ничуть не смущали, скорее наоборот, успокаивали. Странно, но их шипение друг на друга в гостиной вселяло ощущение умиротворения и уюта. Как будто здесь дом Эрики, именно здесь, у Рагнара. Не в Ансолене.
Это ощущение впервые она осознала, пожалуй, в ночь после нападения на нее драугра в деревне Искалд. Когда они с Рагнаром просидели ночь у камина, рассказывая друг другу странные истории из жизни и то и дело бегая на кухню за чаем и пряниками. До рассвета, правда, саму Эрику тогда не хватило, и она уснула за пару часов до восхода солнца, удобно устроившись в объятиях Рагнара. Как в них оказалась, однако, девушка едва ли помнила, но с тем, что это было приятно она спорить не могла. Тем более, и Рагнар потом уснул вслед за ней. Странно, но и Грассом, который нашел их утром спящими в объятиях друг друга, не стал их будить или шутить над этим. Лишь молчал, потом странно косясь на Рагнара весь день.
Однако в этот день утренняя тишина показалось Эрике какой-то странной. Совсем уж притихшей и как будто тревожной. И все вроде по-прежнему: в деревьях шумит ветер, разгоняя утренний туман, птицы тихо щебечут. Но чего-то все же как будто не хватает. Какой-то маленькой, но очень важной и нужной детали.
Шумов в доме.
Грассом, конечно, не каждое утро заявляется к Рагнару в гости, из-за чего тут же начинаются разговоры, шуточки и лишние звуки вроде шагов и хлопанья дверцами шкафа на кухне, однако Рагнар каждое утро встает раньше Эрики. И как раз его шаги слышит девушка по утрам обычно, как раз то, как он осторожно прикрывает двери, переставляет посуду и что-то делает в соседних комнатах.
Но сегодня ничего этого не было. Эрика не слышала, как Рагнар раньше нее вышел из своей комнаты и отправился на кухню готовить завтрак, хотя время — чуть позже того, когда девушка обычно просыпается.
В доме стояла полнейшая и оттого жуткая тишина. И Эрика невольно притихла, замерев под одеялом, внимательнее прислушиваясь к происходящему.
Откровенно говоря, девушка не совсем понимала, что могло произойти, из-за чего привычный утренний уклад внезапно прервался. В голову ничего не приходило кроме возможного нападения посреди ночи — от чего Эрика, несомненно, проснулась бы — и банально того, что Рагнар отправился с утра пораньше купаться в озере у холма или, например, в лес за грибами, не став будить гостью. Вот только дождей в последние недели не было, пускай тучи и ходили, значит и с грибами вероятно будет проблема. А большей идей — плохих или обычных — у Эрики не было, а потому в конце концов она решила, что проще самой подняться и пойти выяснить. Для начала — есть ли дома хоть кто-то, а уже потом действовать и думать по ситуации.
Так что Эрика заставила себя подняться и собраться. Делала она это в спешке, непонятно почему для самой себя нервничая, однако как только схватилась за ручку двери, чтобы выйти из комнаты — расслабилась. Потом что вдруг услышала тихий вопрос Грассома из гостиной.
— Напомни, чего мы ждем?
— Эрику, — не менее тихо и как-то вяло отозвался голос Рагнара. Эрика нахмурилась и замерла с приоткрытой дверью, внимательно вслушиваясь в слова.
— Это я понял, — девушка была готова клясться, что демон скривился, однако его интонация по-прежнему оставалась ровной. — Зачем? Это совершенно не ее дело.
— Может и так. Но наш поход может занять больше нескольких часов, и я не хочу оставлять ее в неведении, — Рагнар тяжело и печально вздохнул. — Подожди немного, она скоро должна проснуться.
— Знаешь, люди в таких случаях оставляют записки, — мрачно буркнул Грассом, и Эрика, прислонившаяся лбом к дверному косяку, усмехнулась. Какой же он все-таки вредный.
— Знаю. Но не хочу, чтобы об этом она узнала из записки, а не непосредственно от меня.
