Мало того, что храм оказался стоящим в безумно живописном месте — Эрика даже замерла в изумлении, когда они вышли из леса у самого края обрыва, напротив которого и виднелся город драконов, по правую руку стоял огромный почти целый храм, а слева — плескалось море, разбиваясь о скалы. Пахло свежестью, соленой водой и лесом. Так еще и сам храм, несмотря на то, что оказался частично разрушен, выглядел величественно. Пожалуй, такое ощущение создавалось еще отчасти от того, что стоял он на самой вершине скалы, его башенки упирались в небосвод, а в по сей день уцелевших мозаичных стеклах играли отсветы солнечных лучей.
Внутри, в главном зале стояли даже не перевернутые лавки, по бокам от них, за колоннами — несколько статуй драконьих богов высотой примерно с взрослого человека, они стояли в промежутках между окнами. Впереди — статуя самого главного бога драконов, Кайте. Он был изображен стоящим на коленях с протянутыми вперед руками и ладонями, сложенными «лодочкой», в которых виднелся каменный огненный шарик. Он словно дарил этот огонь тем, кто оказывался в главном зале храма.
У ног Кайте располагалось несколько кандил для свечей в центре которых стояли совсем маленькие фигурки богов. И Рагнар с Грассомом, оказавшись в зале, целенаправленно направились к тому кандилу, что в центре, напротив самого входа в храм. Эрика, помедлив, направилась за ними и, как и дракон с демоном, подожгла и поставила благовония в стоечки, послушно повторяя за Рагнаром и Грассомом спутанные и не совсем понятные человеческому уму слова драконьей молитвы. Однако, несмотря на то, что она мало что понимала, по спине от собственных слов у Эрики бежали мурашки, а все тревоги, поднятые в душе утренним рассказом ее спутников, вдруг стали укладываться и успокаиваться, а на их место приходили умиротворение и расслабление.
Служба, как показалось Эрике, получилась весьма странная и с ее стороны неумелая, однако, как только они — Рагнар и Грассом читать молитву, а Эрика — неуверенно и сбивчиво, но упрямо повторять за ними, стараясь понять суть хотя бы интуитивно — закончили, дракон тепло улыбнулся ей, а демон — расслабленно хлопнул крыльями и шумно выдохнул, поднимая глаза на Кайте и рассматривая его. Очевидно, Рагнар и Грассом теперь и сами успокоились, расслабились по сравнению с утром, и остались, наверное, даже польщены тем, что Эрика провела это время с ними и прошла ритуал поминания их родственников и народа драконов вместе с ними.
Дома путники были лишь ближе к вечеру. На обратном пути особенно не торопились, не видя смысла спешить. Однако поспешить все же пришлось, когда собирающиеся с самого утра редкие тучи вдруг сгустились, и пошел дождь. Само собой, в таком случае пришлось поторопиться, чтобы если и промокнуть в итоге насквозь, то хотя бы не заболеть. Грассом, конечно, мог бы предложить переместиться с его помощью, но отчего-то не счел нужным это делать. Рагнар и Эрика же не имели ничего против того, чтобы прогуляться под дождем — благо оставалось совсем немного. Тем не менее, оказавшись дома, Рагнар тут же поспешил разжечь камин, Грассом — заняться первым за весь день перекусом, а Эрика — переодеться и прихватить аптечку, чтобы, перехватив Рагнара в гостиной, заняться его ранами.
В последнее время перевязки дракону требовались все реже. Раны, оставленные вилами отца Эрики, стремительно заживали благодаря вполне компетентному лечению целительницы. Пожалуй, заживали даже лучше, чем Эрика того ожидала, хотя все еще не рисковала оставлять Рагнара без перевязки. Даже не смотря на то, что сам Рагнар заверял ее, что раны не болят и даже несмотря на то, что там, по большому счету, оставались только крупные царапины.
— Ты уверена, что все еще нужна перевязка? — в очередной раз уточнил дракон, глядя на то, как Эрика осторожно смачивает целебной мазью свежие бинты.
— А ты хочешь уже без них? — помедлив, уточнила Эрика и чуть склонилась. Рагнар, как и обычно во время перевязки, лежал на диване, расправив крылья. — Ну, в смысле… они тебе мешают?
— Нет, не мешают, — Рагнар вздохнул и качнул головой. — Но раны не болят и…
— Нет, прости, — Эрика покачала головой. — Я не могу отложить перевязку просто потому что раны не болят. Это хорошо, но я хочу, чтобы они зажили до конца. Пока что есть риск, что любое повреждение сделает хуже.
Смысла спорить Рагнар не видел, а потому лишь прикрыл глаза, позволяя сделать девушке все, что она посчитает нужным.
