Что куда больше вызывало в Эрике сомнения — слова Грассома о том, что Рагнар добровольно согласился пойти жертвой в ритуал князя и его советника, чтобы Грассом смог освободиться от… чего? От сделки с Николасом, кажется? Что ж, видимо, зря Эрика считала подобное положение вещей глупостью, как выясняется. У Грассома когда-то все же не хватило умений или знаний, чтобы избежать пленения человеком. Теперь, во всяком случае, понятно, какого джалва он ошивается при человеческом дворе и что ему нужно от человеческой девушки. Помочь в спасении его собственной шкуры.
Отчего-то все эти мысли лишь еще больше разозлили Эрику и ввели в отчаяние, и она сжала губы в тонкую линию, уже влетая в отведенную ей комнату на полной скорости и плотно закрывая дверь. И девушке еще больше захотелось поскорее вытащить Рагнара из темниц князя, оставить Грассома с носом — и ей будет совсем не жалко, если, когда она спасет Рагнара, демон останется служить Николасу.
О том, где ей надлежит трапезничать все время пребывания при дворе Эрика узнала уже на следующее утро, когда после общего подъема к ней в комнаты заглянула одна из служанок — кажется, она представилась Майю, но Эрика не запомнила. Эта служанка передала Эрике слова князя Лейфа о том, что новую помощницу местного целителя непременно ждут на завтрак в княжеской столовой, куда прошлым утром привела Силдж. Возражать приглашению князя Эрика не решилась, и потому, приведя себя в порядок, послушно отправилась на первый этаж.
К моменту, когда Эрика спустилась, в столовой уже собрались все: и князь с советником, и Силдж с Грассомом. Сидящие за столом ее не дожидались, чтобы начать трапезу, но на появление внимание обратили и заметно оживились: Николас чуть прищурился, но приветственно кивнул, Силдж сжала губы в тонкую линию и не слишком внятно произнесла нечто смахивающее на «доброе утро», а князь Лейф дружелюбно улыбнулся. Лишь Грассом, мрачной тенью замеревший за плечом советника, никак не отреагировал на появление Эрики.
— О, госпожа Эрика, — скривил губы в улыбке Николас, когда девушка опустилась напротив Силлдж за стол, — наконец вы почтили нас своим присутствием на трапезе. А то мы вчера гадали весь день, куда же вы запропастились после завтрака.
— Я… эм… работала, — Эрике вдруг стало неловко от слов мужчины, и она опустила голову. Потом кивнула осторожно на девушку напротив. — Госпожа Силдж вчера показала мне, что нужно сделать до возвращения господина Гаюса, и я до самого вечера занималась делами.
— Настолько увлеченно занимались, что даже забыли о еде? — Николас с явным скепсисом и недоверием вскинул бровь, но Эрика успешно выдержала его взгляд и кивнула.
— Все так, — негромко встряла в диалог Силдж, когда Эрика уже открыла рот, чтобы сказать хоть что-то, хотя толком и не знала, что. — Я вчера заглядывала в лазарет. Эрика вчера прекрасно справилась с задачами, которые перед ней стояли.
И очаровательно улыбнулась, обведя доброжелательным взглядом всех присутствующих. Эрику от этого взгляда и тона даже передернуло, так странно оказалось ей наблюдать от Силдж в свою защиту перед советником. Странно, но уже, пожалуй, не слишком удивительно. Так что Эрика только сглотнула и заставила себя улыбнуться.
— Вот оно что, — князь Лейф тем временем заинтересованно поднял бровь, переводя взгляд с Силдж на Эрику и обратно. — И как, в таком случае, успехи?
— Ну, я…
Эрика уже хотела было сказать, что в целом закончила, когда Силдж с прежней милой улыбкой на губах ее перебила.
— Еще есть, чем заняться, но к обеду Эрика уже точно должна будет все закончить, — уверенно отчеканила княжна, тут же ловя изумленный взгляд самой Эрики и едва заметно кивая ей.
— Ну так это прекрасно, — хмыкнул Николас, вновь изгибая губы в усмешке. Эрика тихо вздохнула, чуть ведя плечами — слишком ее напрягал этот мужчина и его такие улыбки. — Значит, перед встречей с господином Гаюсом у госпожи целительницы будет время морально подготовиться.
На этом обсуждение дел Эрики — да и в целом обсуждение чего-либо — как-то само собой сошло на нет, и завтракали присутствующие в полном молчании. Слышался лишь стук посуды да ветер за окном. Все оказались полностью заняты собственными мыслями, и прерывать это никто не собирался. Даже Грассом, по-прежнему статуей стоявший за спиной Николаса.
Эрика чуть хмурилась, ковыряясь вилкой в содержимом тарелки. Ее по-прежнему мучил разговор с Грассомом и Силдж в библиотеке прошлым вечером — очень хотелось верить, что Рагнар действительно где-то совсем близко, пусть и в темницах, но полной уверенности, что ей не соврали, быть в принципе не могло. А теперь еще и слова Силдж о том, что она вчера не закончила с делами в лазарете. Она специально соврала, чтобы… чтобы что? Чтобы Эрику выгнали за то, что она бездельничает уже во второй день при дворе? Но тогда глупо вообще было принимать ее на «стажировку».
