– Поверить? Странно звучит, учитывая, что именно одного из вас мне предлагают в мужья, – Лекс дернула плечом, отталкивая его ладонь.
Рухнула на кровать, раскинув руки в стороны. Дайрос почти беспомощно взглянул на мрачного друга.
– Лекс… – начал Аркарион.
– Последняя дружеская просьба. Больше не приходите.
Сердце дрогнуло в груди от ее слов. Она не верила им, закрылась в себе. И Дайрос не знал, что нужно сделать, чтобы вернуть ее доверие.
Лекс, будто, действительно ушла в себя. Она так и лежала, глядя в пустоту, и не обращала никакого внимания на попытки с ней заговорить. Они покинули башню, не добившись никаких результатов. Александра по-прежнему намеревалась отказываться от еды, а теперь еще и прямо заявила, что не хочет их видеть.
***
Дайрос не находил себе места. Носился по своей спальне, сжимая кулаки в бессильной ярости. Абсолютно непонятно, что происходит с Александрой. Магистр оскорбился, когда они упомянули о подозрениях Лекс. Кажется, не врал. Но и она может оказаться права. Если ее выставят невменяемой перед Советом, Магистр выйдет из этой истории сухим, а ее мнение уже не будет учитываться при принятии решений.
Бессмысленные метания прервал шум на улице. Дайрос подбежал к окну, распахнул створки. Ночь уже опустилась на Храм и окружающие его горы. Слышался топот множества копыт, а вскоре показались и лошади. Они неслись прочь от конюшен. Им наперерез побежало несколько монахов, криками пытаясь заставить животных остановиться, ведь те могли сорваться с обрыва. Но как могли животные освободиться? Никак, им кто-то помог. Чтобы отвлечь. Александре может угрожать опасность!
Сетуя на отсутствие оружия, Дайрос выбежал в коридор, чуть не столкнувшись с двумя монахами. Они все неслись не туда, стремились на улицу, чтобы остановить лошадей.
– Дэй! – Аркарион тоже показался из-за двери своих покоев.
Не сговариваясь они побежали по коридору, расталкивая монахов. В рекордные сроки миновали путь до башни. Но вновь натолкнулись на заслон охраны Хранительницы.
– Коней могли выпустить, чтобы отвлечь, – рыкнул Аркарион.
Дайрос встал возле друга, готовый поддержать его в возможном противостоянии. Пусть и силой, но они прорвутся наверх и не успокоятся, пока не удостоверятся, что Лекс не угрожает опасность.
– Я проверю, – один из монахов развернулся и исчез в дверях, ведущих в башню.
Его приглушенные шаги все отдалялись. С трудом удавалось сдерживаться, чтобы не попытаться прорваться за ним. Лишь понимание тщетности и глупости этого шага останавливало.
Прошла вечность, прежде чем послышались шаги спускающегося монаха. Сердце пропустило удар, когда Дайрос увидел мужчину. Бледный, даже напуганный. Он приоткрыл рот, но не найдя слов, вытянул руку, демонстрируя кровь на пальцах.
– Лекс! – Аркарион оттолкнул монаха и рванул к лестнице.
На этот раз их не останавливали. Дайрос бежал следом, несся на пределе. Спотыкался, обдирал ладони о неотесанный камень стен, сбивал дыхание. А боль уже поселилась в груди. В глубине души он понимал, что они опоздали.
Лестница и гостиная остались позади. Они ворвались в спальню да так и остановились в дверях. Лекс обнаженная лежала на полу в луже крови.
– Нет, – Аркарион рухнул на колени, обратив немигающий взгляд к мертвой возлюбленной.
Дайрос на негнущихся ногах двинулся к девушке. Присел на колени возле Лекс, отчего ткань брюк мгновенно начала пропитываться еще горячей кровью. Александра лежала, раскинув руки в стороны. Застывший взгляд синих глаз обращен в пустоту, волосы окрасились в красный цвет. Если бы не зияющая на шее рана, можно было решить, что она просто отрешена от мира, как и днем.
Взгляд скользил по застывшим чертам лица. Это невозможно, это не может быть правдой. Только пару часов назад они разговаривали с ней, а сейчас ее уже нет.
Казалось, в грудь воткнули отравленный клинок, настолько оказалсь сильна душевная рана. Яд распространялся, сжигал, испепелял, причиняя ужасную боль. Он так и не смог поговорить с Александрой по душам. Оценить свои чувства к ней. Не успел даже стать ей настоящим другом. И хуже всего, он не сумел ее защитить.
Дрожащие пальцы скользнули по прекрасному лицу, закрывая глаза Александры навсегда.
Лучи солнца отражались от идеально гладких доспехов воинов Ринделла. Делегация Великого леса прибыла к обеду. Вперед на белоснежной кобыле выехала Аластриэль – королева и одна из членов Совета союзных полисов. По правую руку от нее на черном коне скакал ее сын и наследник – Андерс.
Дайрос с Аркарионом ожидали их у главного входа в Храм. В доспехах. И им, наконец-то вернули оружие. Только смысла в этом уже нет. Главное сокровище, хранившееся в Храме, забрали. Магистр предпочел удалиться к Источнику, надеялся приоткрыть завесу будущего.
Королева спешилась сама. Она была облачена в облегченный золотой доспех поверх белоснежного платья. Светлые волосы собраны в сложную прическу. Даже в пути она выглядела безупречно. Прекрасное лицо сохраняло невозмутимость, больше напоминая фарфоровую маску.
