Я полагаю, выступ, названный Прекрасным мысом, является отделенным от Самоата островом. Вероятно, между ними имеются мелкие островки. Этого я не знаю и не могу узнать в подробностях, ведь на исследования понадобилось бы добрых пятьдесят лет, а я желаю открыть и увидеть елико возможно больше земель, чтобы в апреле с Божией помощью возвратиться к Вашим Высочествам. Если я найду места, где окажется достаточно золота и пряностей, то задержусь до тех пор, пока не наберу того и другого столько, сколько смогу. Поэтому я делаю все возможное, чтобы попасть туда, где удастся найти золото и пряности».
«Суббота, 20 октября. С восходом солнца поднял якоря, чтобы плыть к северо-востоку, так как узнал, что в той стороне есть поселение и король. Море оказалось таким мелким, что я не мог вступить в эти воды, плыть ими. Видя, что придется совершить большой обход, я решил направиться старым путем – от северо-северо-востока на запад, обогнуть Изабеллу. Ветер был слабым, я не мог следовать вдоль берега на близком расстоянии от него, разве только ночью. Так как было опасно становиться на якорь у островов в темное время, когда глазу не видно, куда бросаешь якорь, а я шел узкими проходами, иногда лишенными мелей, иногда мелководными, то пролежал в дрейфе ночь на воскресенье. Каравеллы
«Воскресенье, 21 октября. В десять часов подошел к мысу островка, бросил якорь. Также поступили капитаны каравелл. После обеда высадился на берег, где не было селений, если не считать одинокого дома, в котором никого не застал. Думаю, хозяева сбежали, ибо вся утварь осталась на своих местах.
Я не позволил прикасаться к вещам, оправился с капитанами и группой людей осматривать остров. Если видимые раньше острова были красивы, зелены, изобильны, то этот во всех отношениях превосходил их. Особенно хороши огромные зеленые леса. Тут много озер, вокруг них чудесные рощи.
Травы, как в Андалусии в апреле, в лесах поют птицы. Попавший сюда человек не захочет покинуть эти места. Стаи попугаев затмевали солнце. Было на диво много других птиц, самых разнообразных, отличавшихся от наших.
На острове росли деревья бесчисленных пород, у каждого из них плоды на свой лад. Все благоухали. Я чувствовал себя самым несчастным человеком на свете, оттого что не мог определить пород деревьев и плодов, а я уверен в их ценности. Я везу отобранные образцы плодов и трав.
Проходя берегом озера, я видел убитую моими спутниками змею. Я взял ее кожу Вашим Высочествам. Змея заметила нас, бросилась в воду. Мы последовали за ней, благо озеро оказалось мелким, и гнались до тех пор, пока не проткнули пиками. В длину змея имеет 7 пядей
Я нашел алоэ, решил завтра погрузить на корабль 10 кинталов
Блуждая по острову в поисках хорошей воды, мы наткнулись на селение, лежащее в половине лиги от якорной стоянки. Жители заметили нас, покинули дома, пустились в бегство, спрятали одежду и свое достояние в лесу. Я приказал ничего не брать, даже если вещь оценивалась в булавку.
Вскоре к нам присоединились некоторые сбежавшие жители. Один из них отнесся к нам с особенным доверием. Я дал ему погремушки, стеклянные четки, чему он несказанно обрадовался.
Желая теснее скрепить нашу дружбу, потребовать что-нибудь у индейцев, я попросил его принести воды. Туземцы явились на берег с полными флягами-тыквинами, искренне радовались, предлагали нам воду. Я велел дать им еще одну связку стеклянных четок. Они заверили нас, что завтра снова придут на берег.
Я намеревался наполнить водой всю имевшуюся на кораблях порожнюю посуду и, если погода будет благоприятна, отправиться вглубь острова, продолжить поход, пока не вступлю в переговоры с королем. Я хотел узнать, смогу ли получить золото, которое он носит на себе.
Затем я имел намерение двинуться в путь к большому острову. Судя по разъяснениям индейцев, он должен быть Сипанго. Они называют его «Кольба», говорят, будто на нем есть крупные быстроходные корабли. За островом лежит второй, именуемый «Бохио». Индейцы утверждают, что он велик. Мимоходом я осмотрю промежуточные острова. В дальнейшем буду поступать сообразно с тем, найду или нет на пути достаточное количество золота и пряностей. Я твердо решил идти к материковой земле, к городу Кинсаю, передать Великому хану послания Ваших Высочеств, испросить у него ответа и с письмом приплыть в Кастилию».
«Понедельник, 22 октября. Всю ночь и весь день ожидал, не принесут ли король либо другие особы золото или что-нибудь ценное. Явилось много похожих на индейцев нагих людей. У некоторых туземцев тело было разрисовано белой краской, у других – красной или черной, у прочих – иными цветами.
