– Ладно, давай отдохнем, перекусим и отправимся дальше. – Я развернул Звезданутого.
В отряде и без нас сообразили, что пора бы подкрепиться. Из мешка Миранта был выужен хлеб и копченая рыба, то есть то, что не надо готовить. Клоп нарезал какой-то забавный по форме корень. Оказалось, приправа, взятая из кареты, похожа на имбирь, но с мятным привкусом. Я взял ломтик, попробовал.
– Мм… Клоп, да ты… ценитель вкуса. – Я не сразу подыскал в местном языке аналог слова «гурман». – К рыбке самое то.
– Шван подсказал. Я выбросить хотел.
– Понятно. Смотрю, сапоги подошли?
– Знаешь как удобно?
– Пока не знаю. Но сейчас попробую. Ларк, а ты куда сапоги дел?
Тот растерянно смотрел на меня. Сапоги были уже на нем. Как говорится, в большой семье…
– Ладно, тебе больше ногами двигать, – смирился я с потерей.
Еще две пары разобрали Чустам и Толикам. У остальных обувь была не рабско-орочьего производства, то есть получше.
– Ты костюмчик примерь, – посоветовал Клоп.
– И вправду, чего это я.
Размерчик был мой. Почти. Прежний хозяин был, мягко говоря, поупитаннее. Поверх кафтана я надел перевязь с клинком.
– А неплохо, – резюмировал Липкий. – Это тоже надень.
Вор протянул мне шапку. В нашем мире я бы такую не надел. Этакий немножко женский покрой. По форме напоминала обычную вязаную шапку, то есть без полей, козырьков и чего бы то ни было, но изготовленная из плотной ткани, и по краю шла кружевная оборка.
– Ларк, снимай сапоги, – потребовал вор.
– Пусть носит, – заступился я.
– Ты просто себя не видел. Сейчас побреем, волосы подрежем, чтоб из-под шапки не торчали, и вылитый либалзон. Документы тоже есть. Жеребец под стать. Печать под шапкой не видно.
– Липкий прав. Рот только не открывай. Я не встречал знать без двух зубов, – сказал Чустам.
– Шести, – поправил я его.
– Остальные незаметно, – возразил корм.
– Огарик, вставишь?
– Если выточишь.
Я повернулся к парню:
– Ты что, правда можешь вставить зубы?
– Там ничего сложного. Только вытачивать из кости надо и выглаживать потом.
– Хромой, ты не отвлекайся, мастера замучаешься искать, чтобы выточил, – вернул меня к примерке Липкий.
– Да я сам выточу.
– Видел я людей с такими зубами – лучше уж совсем не приращивать. Сапоги надевай.
– Зачем все это?
– Документы у знати спрашивает только стража, и то по отдельному приказу. Ну а уж чтобы палец к печати приложить… Я вообще о таком не слышал.
– У знати свита.
– Вон два твоих стража стоят, – кивнул Липкий на Чустама и Клопа. – Шлем нахлобучим на воевого, и печати не видно будет, хотя тому тоже надо что-то на голову подыскать, больно взгляд глупый.
– Ты это… – подал голос Клоп.
– Да шучу я. Вы чего, парни?
– Кто же поверит, что стража в шлемах едет? Да еще и в таких штанах?
– Я и не таких причудливых знатных видел. Один еще и со щитами заставлял ходить, и его, чуть что, прикрывать. Штаны, конечно, не воевые, но никто особо присматриваться не будет. Толикам, пробуй синий кафтан.
– Мне-то зачем?
– Твое лицо внушает доверие. Будешь горном. Ну или вон Швану дайте кафтан. Он и говорить умеет как надо.
– Дело говорит, – подтвердил Шван, – в городах только при въезде во второй, а то и третий круг стен документы у знатных спрашивают. А палец приложить просят только на въезде в замки локота или грандзона какого щепетильного. Можно только на имперских наткнуться… Тем все равно, кто перед ними.
– Ты хочешь сказать, что мы вот прямо по дороге можем ехать? – дошло до Чустама.
– Если остальных приодеть. В особенности Большого и мелкого.
– Рабами и будут.
– Не бывает такой одежды у рабов либалзона.
В итоге стражем вместо Клопа поставили Липкого. Колопот расстроился, так как с него вознамерились снять кольчугу и сапоги. Было принято решение в ближайшее время разжиться еще лошадьми и одеждой, а пока маскарад свернули, поскольку раздобыть лошадей мы могли всего двумя способами – украсть и отобрать, а костюмчики раньше времени светить не хотелось.
– Ну что, тронулись, фантазеры? – предложил Чустам. – Лошади пить хотят, да и темнеет уже.
Через час достигли реки и небольшого мостика. Только река была не та, вдоль которой мы должны были ехать. Так, мелкая речушка с заросшими берегами, вернее всего приток большой. Лошади жадно стали пить. Да что лошади! Мы сами пустили котелок по кругу, звучно глотая спасительную влагу – после копченой рыбы пить ужас как хотелось. У водоема почувствовали первых комаров. Пока еще мелких. Не удивлюсь, если эти твари выведены магами в качестве оружия. Такие… даже не здоровые, а огромные жужжащие вертолеты, вмещающие, казалось, литр крови. По крайней мере, если убьешь напившегося, создавалось такое впечатление. Нос этих монстров напоминал скорее донорскую иглу.
– Флягу надо добыть, – вытер губы рукавом Клоп.
Единственная емкость – котелок – не годилась для перевозки воды.
– Бутылки есть, только в них вино, – приняв от Колопота котелок, сообщил Шван.
В темноте особо видно не было, неполная луна лишь слегка освещала нас, но все взгляды скрестились на нем.
– А чего молчал? – Первым пришел в себя Липкий.
Шван, напившись и громко дыша, выпалил:
– Вино не настойка. Там всего три бутылки.
