44. Тем временем я известил Эн Геро де Кабреру и горожан, что согласен на условие, что Эн Рамон Беренгер Дахер получит город и замок в опеку, кто бы ни обладал большими правами на них. Услышав это, Эн Геро, не обладавший мудростью Соломона, и опасаясь горожан, взял самого хорошего и прекрасного сокола, какого имел, поместил его на своей руке, пересек мост и послал мне сообщение с Эн Беренгером де Финестресом, говоря, что готов оставить замок Эн Рамону Беренгеру. Горожане также известили, что, если бы я послал свой штандарт, они подняли бы его на вершине замка. И вслед за этим я послал рыцаря и пятерых владетелей с королевским штандартом, который им было сказано держать скрытно, а также с копьем, чтобы установить упомянутый штандарт, когда они войдут в замок. Тем временем Эн Беренгер де Финестрес говорил мне и просил, чтобы я незамедлительно послал Эн Рамона Беренгера Дахера принять вассальную присягу и взять замок в опеку, поскольку к этому все было готово. Уже сделав это и послав свой штандарт к замку, я на некоторое время задержал Финестреса переговорами. Он торопил, чтобы я отпустил его, поскольку граф (говорил он) желал уехать. Но я отказывал ему в его просьбах и тянул время, ожидая появления моего штандарта на замке. Когда я увидел его, я сказал: "Эн Беренгер де Финестрес, теперь вы можете идти, поскольку я вижу, что Балагер уже мой." "Как ваш?" сказал он. Я сказал ему: " Взгляните вон туда, и вы увидите, как мой штандарт развевается на зубчатых стенах." Он (Финестрес) был поражен и испытал от этого большую досаду и замешательство. Он немедленно ушел, не говоря ни слова, в то время как сам граф пошел в Монмагастр.
45. Друзья графа, однако, решили направить [посыльных] в Аграмунт и посмотреть, что бы они могли там сделать. И сам он пошел туда. Эн Гильен де Кардона и примерно пятнадцать рыцарей сопровождали его. Когда люди Аграмунта услышали, что были переговоры между Балагером и мной, они заключили подобное же соглашение с Эн Рамоном Хафа де Аграмунтом и другими представителями города, что когда графиня появится в Аграмунте лично, они сдадут его ей. На этом согласились до того, как Балагер был взят. Итак, Эн Рамон де Монкада вел переговоры с Эн Беренгером де Перехенсом,[143] результатом которых было то, что он сказал мне, графине, Эн Гильену де Монкаде, Эн Гильену де Сервере и моему Совету, что сразу после взятия Балагера я должен идти к Аграмунту, поскольку Эн Беренгер де Перехенс прибыл к нему и договорился об их сдаче. Итак, после передачи замка Балагера графине, я пошел с нею к Аграмунту и расположился на стороне холмов Дальменаре[144] в виду города. Когда Эн Гильен де Кардона увидел это, он в сумерках покинул город, совершив ночной переход. И когда утром я услышал, что он уехал, лагерь был поднят, в Аграмунт введены мои люди, и графиня вступила во владение своим замком.
