Хроника полностью

Как-то в другой раз, когда я жил в Равенне[1231], сказал мне брат Варфоломей Каларозо из Мантуи, который был лектором и министром миланским и римским, а тогда жил наравне со мной в монастыре в Равенне как частное лицо, то есть без каких-либо почестей: «Я говорю вам, брат Салимбене, что брат Иоанн Пармский смутил самого себя и свой орден. Ведь он обладал такими знаниями и святостью и отличался такой прекрасной жизнью, что мог поправлять римскую курию, и ему бы поверили. Но после того, как он стал следовать пророчествам выдумщиков, он навредил самому себе, а также немало и своим друзьям». И я сказал ему в ответ: «И мне тоже так кажется, и я немало грущу, ибо я очень любил его. Но иоахимиты говорят: Апостол говорит, 1 Фес 5, 19–20: "Духа не угашайте. Пророчества не уничижайте". И Соломон говорит, Притч 29, 18: "Без откровения свыше народ необуздан". И Церковью не уничижается пророчество Валаама, так как известно, что он сказал истину, предсказав рождение /f. 336c/ Христа, как не уничижается и Каиафа, пророчествовавший о Его смерти такими словами: нужно было одному человеку умереть за народ, чтобы не погибли одновременно все. Что подтвердил даже Сам Господь, сказав, Лк 24, 26: "Надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою"». Выслушав все это, брат Варфоломей сказал мне: «И ты также был иоахимит». Я сказал ему: «Вы верно говорите. Но после того, как умер Фридрих, бывший император, и закончился год 1260, я полностью оставил это учение и предпочитаю верить только тому, что вижу». И он сказал мне: «Да будешь ты благословен! Если бы так поступил брат Иоанн, он бы успокоил души своих братьев».

И я сказал: «Он не мог, поскольку некоторые так привержены его писаниям, что стесняются пересмотреть то, что они сказали, чтобы не показаться лжецами, и поэтому не могут отступить. Об этом Мудрец говорит, Притч 26, 11: "Как пес возвращается на блевотину свою, так глупый повторяет глупость свою". И тут же следует (Притч 26, 12): "Видал ли ты человека, мудрого в глазах его? На глупого больше надежды, нежели на него"»[1232]. Когда графиня да Казерта осудила императора Фридриха за то, что он повел себя неразумно, вступив в войну с ломбардцами, хотя имел в своем королевстве все блага, которыми может наслаждаться человек, он сказал в ответ: «Я знаю, графиня, что ты говоришь правду, но я уже зашел так далеко, что без позора для себя не могу отступить. О если бы я всегда пользовался твоими советами, ведь тогда у меня не было бы стольких напастей». Графиня сказала ему: «Тебе будет хуже, когда на тебя свалятся большие напасти». А ведь он еще не был отрешен от власти и не был побежден жителями Пармы. Император сказал ей: «Я не не ожидаю больших напастей, но надеюсь отомстить своим врагам». /f. 336d/ Графиня ему сказала: «Плохо мстит за полученную несправедливость тот, кто совершает худшую». Поэтому некто сказал:

То же случилось с Эццелино да Романо: отправляясь в последнее сражение, в котором он был убит[1233], он спросил совета у своих, следует ли ему перейти реку[1234], чтобы сразиться с врагами, или нет, и они стали советовать ему не переходить; тогда он сказал: «Я знаю, что вы говорите правильнее меня, но тем не менее хочу перейти». И, таким образом, он сознательно, понимая это, поспешил к смерти. Поэтому говорит Екклесиаст, 7, 13: «Смотри на действование Божие: ибо кто может выпрямить то, что Он сделал кривым?» Иона также стыдился жить в своей земле, потому что он, пророчествовавший против Ниневии, прослыл бы лжецом[1235]. Потому он и сказал Господу: «Очень огорчился, даже до смерти» (Иона 4, 9). Лучше поступил Михей, который сказал: «Если бы какой-либо ветреник выдумал ложь, ... то он и был бы угодным проповедником» (Мих 2, 11). Итак, некоторые столь своевольны и упрямы, что не хотят отступать от своих слов, поскольку боятся стыда. Поэтому Мудрец говорит, Притч 21, 16: «Человек, сбившийся с пути разума, водворится в собрании мертвецов». И еще: «Человек нечестивый дерзок лицом своим, а праведный выпрямляет путь свой» (Притч 21, 29)[1236].