Хроника полностью

Третье соображение – то, что, как о недостойно хранящих и использующих манну говорится, что «завелись черви, и оно воссмердело» (Исх 16, 20), так и о Теле Господнем говорится, что нельзя обращаться с ним и принимать его недостойно. О чем говорит Апостол, 1 Кор 11, 27–29: «Кто будет есть хлеб сей или пить /f. 350c/ чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней. Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем». И заметь, что «сыны Израилевы ели манну сорок лет, доколе не пришли в землю обитаемую; манну ели они, доколе не пришли к пределам земли Ханаанской», как говорится в Исх 16, 35. Это то, что содержится в Нав 5, 12: «А манна перестала падать на другой день после того, как они стали есть произведения земли, и не было более манны у сынов Израилевых, но они ели в тот год произведения земли Ханаанской». Заметь, что Господь повелел Моисею сохранить манну в знак памяти, как говорится в Исх 16, 32–34: «И сказал Моисей: вот что повелел Господь: наполните [манною] гомор для хранения в роды ваши, дабы видели хлеб, которым Я питал вас в пустыне, когда вывел вас из земли Египетской. И сказал Моисей Аарону: возьми один сосуд [золотой], и положи в него полный гомор манны, и поставь его пред Господом, для хранения в роды ваши. И поставил его Аарон пред ковчегом свидетельства для хранения, как повелел Господь Моисею».

Подобным образом мужи церковные хранят Тело Господне в своих церквах и часовнях по трем причинам. Во-первых, чтобы можно было иметь его для больных, для их причастия, когда будет необходимо.

Во-вторых, чтобы мы относились к нему с должным и трепетным благоговением, в чем заключается долг любого христианина на протяжении всей его жизни. Он также может сказать Сыну Божию вместе с Товией, Тов 9, 2: «Если я передам тебе себя самого в рабство, я не буду достоин провидения твоего»[1420]. Отсюда – Ис 63, 7–9: «Воспомяну милости Господни /f. 350d/ и славу Господню за все, что Господь даровал нам, и великую благость Его к дому Израилеву, какую оказал Он ему по милосердию Своему и по множеству щедрот Своих. Он сказал: "подлинно они народ Мой, дети, которые не солгут", и Он был для них Спасителем. Во всякой скорби их Он не оставлял их, и Ангел лица Его спасал их; по любви Своей и благосердию Своему Он искупил их, взял и носил их во все дни древние». Об этом Дамаскин говорит: «Хорошо, о, Христе, слово Божие, и премудрость, и добродетель, и, Боже Всемогущий, чем Тебе за все это мы, неимущие, воздадим? Ибо все Твое, а Ты не просишь от нас ничего, кроме спасения (душ наших. – Прим. пер.), Сам и давая его, и ведая милость к принимающим его по невыразимой доброте Твоей. Тебе благодарение, Который дал жизнь и даровал благую жизнь, а тех, кто отошел от нее, вернул опять к ней по невыразимой снисходительности»[1421].

В-третьих, поскольку Господь обещал пребывать с нами, что Он осуществляет в таинстве алтаря. О чем говорится в Иер 7, 3: «Исправьте пути ваши и деяния ваши, и Я оставлю вас жить на сем месте». Также и Матфей, в конце: «И се, Я с вами во все дни до скончания века» (Мф 28, 20). Об этом говорит Соломон, 2 Пар 6, 18: «Поистине, Богу ли жить с человеками на земле?» Поистине, жить, ибо «Слово стало плотию, и обитало с нами», Ин 1, 14.

Обрати внимание, что некоторые священнослужители всегда во время монастырской мессы, когда причащают братьев, хотят претворить освященную гостию в дароносице и в дарохранительнице и верят, что они поступают хорошо, но на деле они поступают плохо по четырем причинам. И первая из них – это то, что они мешают ходу службы, и братья тяготятся, и миряне дивятся. /f. 351a/

Вторая – что сам священнослужитель, если это священник, может сделать это во время мессы, совершаемой им только с двумя цероферариями, даже в отсутствие монахов.