Поэтому заслуживает внимания вопрос[1744], "можно ли исповедоваться другому, более сведущему священнику, против воли своего, или надлежит исповедоваться только своему священнику. Обязанность исповедоваться последнему освящается прежде всего авторитетом Священного Писания, Притч 27, 23: 'Внимательно изучай лицо овцы твоей'[1745]. Если же лицо овцы есть состояние души и никто не может знать лица, то есть состояния души, иначе, чем через исповедь, следовательно, если священнику, на которого возложено попечение о душе, предписано знать состояние души, прихожанин обязан исповедоваться ему. Также, Евр 13, 17: 'Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет'; следовательно, если священник, на которого возложено попечение, должен дать отчет о душе прихожанина, то, как представляется, и прихожанин должен указать ему на состояние своей души. Это же самое подтверждается авторитетом канона Иннокентия, принятого на вселенском соборе: 'Всякий верующий, и мужского, и женского пола, если он достиг сознательного возраста, обо всех /f. 380d/ своих грехах должен наедине исповедоваться своему священнику'. И в той же декреталии: Если кто по какои-либо причине захочет исповедоваться другим, то пусть он прежде попросит разрешения у своего священника и получит его'[1746]. Если же священник не дает разрешения, то, по-видимому, он никоим образом не может исповедоваться другому. То же Урбан II в Книге о покаянии, раздел VI: 'Желательно, чтобы ни одному из священников не было позволено отбирать у другого священника никого, кто вверен ему для покаяния, без согласия того, кому он прежде себя вверил'[1747]. Следовательно, по-видимому, никоим образом нельзя исповедоваться никому, кроме как своему священнику. Также достойным обсуждения представляется, должен ли исповедавшийся вторично исповедаться своему священнику или нет. Если да, то первая исповедь, то есть отпущение грехов, не имеет никакого значения. Ведь, по правде говоря, тот, кому уже отпустили грехи, не должен вторично получать отпущение тех же самых грехов. А если не должен, то получается, что он отнят у своего священника; но никто не отнимается, если только он не имеет привилегии; поэтому никто не может исповедоваться другому, если он не имеет привилегии или если этого не позволяет священник. Также любой человек должен получать таинства от своего священника: имеется в виду таинство Евхаристии; но исповедь есть приготовление к этому таинству; поэтому он должен исповедаться тому, от кого он должен принять это таинство. Но это – его священник; следовательно, сколько бы он ни исповедовался другому, он должен исповедаться и своему священнику. Возражения. Августин в Книге о покаянии: 'Кто хочет исповедоваться в грехах, пусть ищет священника, умеющего связывать и разрешать[1748], чтобы они оба не упали в яму'[1749]; таким образом, если свой священник недостаточно опытен, видимо, можно по желанию исповедоваться другому. Также, как говорит Бернард: 'Что установлено по любви, не должно служить против любви'[1750]; подобным же образом то, что установлено ради исцеления, не должно служить против исцеления. Допустим, что священник соблазняет женщину; если она исповедуется ему в своем грехе, она в опасности; следовательно, если она не должна подвергать себя опасности, то не должна и исповедоваться. Также проповедующим дана привилегия, /f. 381a/ что они могут выслушивать исповеди. Но кто позволяет главное, позволяет и побочное, сопутствующее; если господин наш папа дал им разрешение на отпущение грехов, то он дал и возможность грешникам приходить к ним; следовательно, они могут приходить к ним против воли священника. Также и возможность ведения судопроизводства нисходит от высших к низшим; если епископ дает кому-либо своей властью разрешение, низший не может возразить высшему, но, наоборот, очевидно, что любой верующий, даже против воли своего священника, может прийти к нему на исповедь. Также представляется, что исповедавшийся таким образом не должен в этот год более исповедоваться, ибо ничего не делает понапрасну ни природа, ни искусство, ни благодать или правило Святого Духа; следовательно, излишне направлять против одного и того же два средства одного вида, особенно когда каждое из них действенно. И кто исповедался тому, кто властью высшего мог отпустить его грехи и отпустил, он более не должен исповедоваться священнику. А если бы он был должен, то, значит, зря была бы дана эта привилегия, то есть это разрешение, и получилось бы двойное испытание; следовательно, поскольку это несправедливо ни по божественному, ни по человеческому праву, не представляется обязательным исповедоваться только своему священнику". Решение вышеупомянутых вопросов нужно искать в четвертой книге "Сентенций", в разделе XVII, в трактате брата Бонавентуры, и в разделе XXI также говорится об этом предмете. Я же, поскольку спешу рассказать о другом, ограничусь кратким изложением, упомянув только о двух авторитетах и заключив предложением. Я намереваюсь доказать, что братья-минориты и проповедники могут, во всяком случае по привилегии, выслушивать исповеди. Поэтому я утверждаю, что слово Августина применимо в отношении выбора священника, прежде чем прихожанин вверится кому-либо и поручит заботу о душе, а слово Урбана – после выбора. С этого момента он и должен исповедоваться выбранному священнику и не должен другому, если только не испрошено разрешение.
