Товарищ оказался весьма доброжелательно настроен, хотя она с их парочкой практически не разговаривала. Он спешился и, хлопнув себя по лбу, тут же передал ей мешочек, от которого исходил аромат походной каши.
— Спасибо. Я едва ноги унесла. Повезло, что далеко меня преследовать не решились. А вы тут как обустроились?
— А что мы? Отбыли на городские пастбища, наплевав на всякие разрешения, да и всё тут. Сторожить добычу будем, пока отряд не подтянется. А тебе всё неймётся, да? Могла б с нами посидеть, да подождать начальство, навоевала ты достаточно, чтобы денёк отдохнуть. Эти то всё равно спасибо не скажут, даже если голову за них сложишь.
Пауль понизил голос и сплюнул в конце. Эрио не сказала бы, что тот же Осгод так плох, но спорить не стала, ведь кроме него уже видела мага. А ведь там, в лагере, точно должны отдыхать ещё минимум несколько одарённых благородных кровей.
— Если мост не удержим, то контракт будет проблематично выполнить. Или тебе деньги не нужны?
— Кому они лишними будут то? Но у нас задача сохранить уже нажитое, так что это, поеду я. Утром завтрак тоже привезу. Ты говори, если ещё что-то понадобится — раздобудем. Ну, бывай.
Наёмник лихо вскочил на лошадь и поскакал прочь, помахав на прощанье рукой. Кошка пошла в место обитания мага, чтобы ускорить ему восстановление энергии. Привалилась между бочками и развязала узелок. Ломоть хлеба и деревянная ложка стали приятным дополнением к каше с кусочками вяленого мяса. Всё это добро исчезло в мгновение, так до конца не утолив разыгравшийся голод. Зато Эрио разом почувствовала тяжесть усталости, и, свернувшись клубочком в обнимку с луком, отправилась в мир грёз.
Кошка с огромным трудом вырвалась из цепких объятий сна без сновидений. Открыв глаза, она увидела мечущихся вокруг людей, услышала грохот взрывов, скрежет металла и крики, полные боли. Прямо возле неё, прислонившись к стене, навсегда уснул боец с пробитым коварным болтом горлом. Эрио, к своему удивлению, совершенно ничего не ощутила. Разве что сквозь апатию пробилось лёгкое раздражение на врагов, не давших нормально отдохнуть. Измотанное тело казалось тяжёлым, скованным, а мышцы отзывались с задержкой, но такие мелочи не могли помешать ей твёрдо встать на ноги и потянуться.
«Ну что, кошечка, готова к отражению своего первого штурма? Нет? Очень жаль, ведь враги решили дожать вас, ха-ха-ха!»
Кошка постепенно приходила в себя. Слова наставниц подействовали бодряще, позволив ей наконец осознать, чем обернётся эта ночь.
— Прочь!
Высокий мужчина, закованный в латы, оттолкнул Эрио к стене. Сразу за ним шли ещё три так же одоспешенных воина. Броню одного из них украшали разнообразные узоры, что подсказало, кто тут главный. Кошка молча проглотила акт неуважения и открыла награды за перехваченную разведку.
Светлая награда вновь осталась томиться на будущее, а вот тёмную приняла без раздумий. Особых изменений Кошка не почувствовала, но знала, что лишним в предстоящей драке оно точно не станет.
Теперь у неё появился вопрос — что делать? Из форта выходить точно нельзя, ведь тогда ауры не подействуют на союзников и врагов. Возле бойниц было не протолкнуться. Бойцы выглядывали на секунду, стреляли из арбалетов и луков, и тут же прятались. Не зря, ведь в ответ иногда залетали вражеские болты, втыкались в потолочные балки или звенели о стену. Но и просто сидеть в уголке ей точно нельзя!
Эрио зло фыркнула, окончательно сбросив оковы сна. Она крепче сжала лук и решительно направилась вверх по лестнице. Там её встретила похожая картина, разве что трупов пока не было.
— …попросту нет смысла.
— Да, когда маги закончат, форт попросту прекратит существование, со всеми, кто в нём останется. А потом и вовсе добьют всех, кого догонят. Лучше отступить к замку, Господин.
Благородные стояли поодаль от простых вояк и старались, не повышая голос, донести слова сквозь шум перестрелки. Барон Брентано и вовсе молча смотрел на собственный лагерь, оперевшись на зубцы.
— Если прикроемся городом, сможем без проблем отступить. К тому же часть наёмников может решить, что такой добычи им достаточно и не станет слишком рваться в бой или вовсе уйдёт. Мы ничего не потеряем.
