Звуки отдаляются.
Камера выходит на улицу
За окном свисают громадные сосульки от паровых труб, касаясь земли. В небе пролетают самолеты, пассажиры которых мчатся в другие страны. Даже если они случайно заметят на взлете в серой луже распластавшегося завода кубики наших зданий, они никогда не узнают, как Волков и Благов сидели в
Я тоже пошел домой. Мне снилась летающая в Космосе слесарка и гаечные ключи в невесомости. И Волков за рулем звездолёта, сбивающий лазером метеориты с криком «Шшшмыгг-на хуй!» после каждого выстрела.
А в пустом ночном цеху на заброшенном заводе без окон за тем же столом сидят голые пьяные Волков, Благов и Топлёная. Они пьют водку. Их старые тела сотрясаются складками от беззвучного хохота. Снег навален на столе, ветер заносит его в окна. Волков трет свой синий мясистый нос и смотрит зловещими черными зрачками вокруг, а я прячусь за шкафчиком и думаю: «Если бы у меня была возможность вернуть время обратно, я не повторил бы ни одного шага».
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ.
(Айрат)
Встал вовремя. Надо же. Поставил чайник. Не включаю свет. Мне очень нравится это время с утра. Когда очень тихо, темно и, кажется, ты один во всем городе, кто не спит. Закипает, потрескивает чайник. Сижу в кресле со своими мыслями. Когда умылся, а главное, протер за ушами холодной водой, сон отступает. Не то, что десять минут назад, когда я готов был отдать ползарплаты за двенадцатичасовой сон. Сижу и думаю о будущем. О настоящем. Что мне делать-то дальше? Ну, работаю я и что? Я надеюсь, это же не всё??… Что мне делать??
Ещё сорок минут, и вот я на заводе. Нас переводят. Петрова явно этим недовольна. Мы для неё были как пульты с кнопочками, на которые всегда можно нажать, чтобы перенести трубы туда, мешки сюда, бумаги наверх, клей вниз. И только потому, что мы косячим. Студенты вон не пьют, их так и не напрягают. А мы носимся как дурачки.
Но теперь тут и нас не будет. Мы уходим в 190-ый цех. А это, мягко говоря, тихий ужас. Во-первых, там работы столько, что любой бы предпочел Авгиевы Конюшни; во-вторых, графика у них нормального нет, все работают вплоть до конца плана на день, во сколько бы он не закончился; и в-третьих, люди там максимально неуютные. Если начинать с верхов – то это Киям Рашидович, семидесятилетний бодрячок, быстро передвигающийся по пространству и не очень быстро по времени. Не ценит людей даже как стратегические единицы. Технолог – Надежда Борисовна, толстая тетка за пятьдесят, которая никогда, ни при каких условиях и ни за что не останется крайней. То есть, когда всё хорошо, с ней можно сосуществовать, но ежели что-то произойдёт не по плану по ходу химического процесса, крайним окажешься ТЫ, каким бы хитрым и изворотливым ты ни был. Думаешь, ты с ней совладаешь? Поверь, многолетний опыт самой изворотливой женщины в мире затмит твои амбиции. Старшим мастером с нами переходит Костя Жук, мужик сорока лет, добрый, заботливый, трусливый. Из соседнего цеха с нами перевели. За что, не знаю. За грехи предыдущей жизни, видимо. А если брать слоем ниже, то имеются там и люди попроще – Серёга, мастер, ушлый, но глуповатый, кажется. Паренёк тот же институт оканчивал, что и наши студенты, только заочно. Ничего святого для него нет и, похоже, не будет. Ворует из шкафов у аппаратчиков чай, перчатки и сахар. Айдар, слесарь. Самый умный человек среди всех, считая начальников и мастеров, да и нас с Наилем. Но пьёт беспробудно, всю наличность спускает на алкоголь. Я вот хоть и слаб на это дело, но пропойцей себя не считаю, да и Наиль тоже. Мы в первую очередь оплатим коммунальные счета, кредиты и долги. Айдар – слесарь из другой когорты. Чёрный алкаш. Теневой философ. Актёр, каких поискать. (А может просто он старше????) Ещё тут есть Ильнур – парень тридцати лет, по поведению которого начальник здешний Ханифыч даже моложе будет. Ильнур живёт по шаблону – заработал, выпил, отложил. Вроде как и выпить не дурак, но на дно никогда не опустится, алкашом он не стал только из страха выделиться; покупает периодически что-нибудь серьезное. То мебель, то телевизор. Бабы у него нет, и неудивительно. Есть машина и седина на висках. Человек-скука, человек-октябрь.
