Хроника пикирующего аппаратчика полностью

«Наиль! Наиль!» Кто меня зовет? Вот осуждающе смотрит сварщик по кличке Динамо, он молча поправляет полы свои куртки, сидя на скамье возле шкафчика. Старый тракторист – бабай Квадрат серьезен, он смотрит в мою сторону, собираясь выходить из раздевалки. Оборачиваюсь по сторонам, вижу аппаратчика Айрата, у него загадочная улыбка на лице. Я хочу двинуться за ним, чтобы спросить, что случилось. Но движения даются с большим трудом. В лицо мне светит рассветное солнце через грязное стекло, кляксы на окне расплываются как линии от фломастера, на которые попала вода. Вместе со стеклом, солнцем и крышами цехов за окном растекаются очертания шкафчиков и людей, будто в ровную гладь бросили камень. «Наиль! Время семь!» – это Фарида – в который раз кричит, проходя мимо моей комнаты. Пора на завод.

Наши уже курят у цеха, переоделись. Ленар стоит, вся телогрейка в «муке», а Лёха бородатый не курит, просто за компанию вышел. Здороваюсь с новенькими, бегом в раздевалку на третий этаж. Айрата тут нет, тоже переоделся уже, ладно, потом с ним отойдём, на перекуре. Надо скорей в цеху засветиться, пока Петрова не разворчалась. Мужики наши уже шатаются по коридору, слесаря, им хрен кто что скажет, свою работу делают потихоньку, никто за ними следит, не гоняет, а аппаратчиком в смену как попадешь, продохнуть не дадут.

Отпускаю, придя первым, ночную смену, стахановцев. Смотрят подозрительно в глаза, проверяют. Мерно гудит сушилка, проникая до самых глубин мозга. Надо хлопок грузить в реактор. Ночные – молодцы, тюки подтащили, пенсионеры. Где Айрат?!

А вот и Петрова с Ивановой идут между линий, руки за спину.

– Эй, студенты, ё-моё, вы где шляетесь?! Я чё, один тюки потащу? – перед ними выёживаюсь, чтоб Петрова видела, что я стараюсь. Они только недавно институт закончили, вместе учились в одной группе. Зачем сюда пошли работать? Хотя куда сейчас податься можно? Кризис. А может по специальности хотят поработать. Им виднее.

Хватаем тюки втроем, поднимаем по лестнице. Они не тяжелые, просто здоровые, одному неудобно. Хотя я и один его сейчас подниму…

– Наиль, ты чё корячишься в однюху?! – Ленар сверху кричит с веревкой в руках, – Давай мне на крюк его цепани, я подниму!

– Нормально! Я щас сам его подниму, вы другой цепляйте. В спешке нога поскальзывается на ступеньке, тюк съезжает. «Сука!»

– Наиль! Привет, подойди-ка сюда, оставь его пока, ребята поднимут вон на веревке, – Петрова стоит снизу, смотрит на меня. Проверить хочет. Подхожу к ней.

– Здравствуйте! Сейчас загружать будем, температуру я посмотрел, вот ребятам сказал, засыпем.

– Ладно, ладно, они сами знают всё, – смотрит мне в глаза внимательно, взгляд какой-то недовольный, – Ты у нас сегодня нормально себя чувствуешь?

– Да, конечно, Ольга Петровна, все в порядке, – отряхиваю штаны от пыли, смотрю на ботинки. Раздолбались уже все. Оглядываюсь наверх, на парней. Они уже тюки подняли. – Ладно, я побежал, Ольга Петровна! Ребятам помочь надо!

– Иди, иди…

Уходит.

Забегаю по лестнице на реактор.

– Подождите, пацаны! Давайте вместе! – Ленар уже вспарывает мешковину тюков кривым заточенным куском железяки – ножом.

Петрова нормальная баба. Ворчит только, когда недовольна. Недавно вот предупреждение мне сделала. Про неё мужики рассказывали, что она лесбиянка. Лет десять назад с одной девчонкой роман крутила на производстве.

Лопасти вращаются, заглатывая белые куски ваты, кислый запах поднимается из горловины реактора. Мы разрезаем квадраты тюков, рвем в рукавицах плотную массу и кидаем в воронку. Ленар режет, подтаскивает. Лёха палкой проталкивает застрявшие куски. Некоторые плохо разламываются. Тюки перед тем как поднять, надо отбить как следует. Попрыгать на них.

– Наиль, ты че респиратор не одеваешь? – Ленар кричит мне в ухо сквозь грохот, – пыль же тут везде! -отмахиваюсь, – Нормально! Ты режь давай, не отвлекайся! – умники, я тут уже четыре года работаю.

– Где Айрат-то? – кричу Лёхе. Он шурует масляной палкой над воронкой в клубах белой пыли. Телогрейка смешно завязана на поясе за спиной, задирая низ. Шапка вся в «муке», на глазах пластиковые очки на пол лица, «намордник», огромные бесформенные ботинки. На бороде тоже пыль.

– А? – наклоняется ко мне.

– Айрата не видели, говорю?

– Тут где-то был!

Оглядываю цех. Петрова ушла, походу. Вон и Айрат, тележки подвозит. Найдет он время проебаться, когда надо. Смотрю на Ленара, у него пол тюка осталось. Ладно, докидают без меня. Потом один хрен еще час ждать, пока температура поднимется.

– Я щас подойду! – кричу ему, – в туалет сгоняю!

Кивает. Спускаюсь. Вспотел. В горле пыль. Надо успеть в раздевалку заскочить, пока народу нет. А то набегут чай пить.

– Здорова, ёма, – Айрат улыбается, довольный что-то с утра пораньше. Походу, в рюмочную заскочил перед работой. Всё ему как с гуся вода, у него отец тут главным механиком работает…