Я иду в раздевалку и открываю старенький шкафчик, на нём наклеена вырезка из журнала восьмидесятых годов. Естественно, женщина. Уже коричневая от времени. Мне она нравится, пусть висит. На полочках всё аккуратно расставлено. Слева мыло, порошок и нитки с иголкой. Под ними на крючке полотенце. Справа одежда, а на полочке над одеждой чаёк, сахар, чашка и шапка, а вот под шапкой вчерашняя бутылочка с "Тимерханом". ЧЁ ЗА ФИГНЯ!? Где она?! Судорожно передвигаю все предметы на полках, смотрю внизу, если она как-то выпала, в рукавах, под шкафом – нет. Её нет! кто же мог её взять? Ключ от моего шкафа есть у Наиля, но он без спроса не берет ничего. Если только взял для того, чтобы проучить меня за то, что я вчера втихаря вмазал. Надо было и ему налить, да я уж в конце дня только, не догадался… Или не он? Может студенты стащили? Неужели никаких моральных принципов у людей нет? Да и как бы они замок вскрыли? И когда? С утра ведь уже Наиль был, не позволил бы им. Мысли суетливо зароились в голове, как мошкара в конце августа. Уроды, кем бы они ни были, эти воришки. День, похоже, обещает быть кислым.
И Наиля я до обеда так и не увидел, он возился с трубами, а меня направили со студентами набирать мусор в кузов трактора. Они хоть и мастера, а всё равно с лопатой и вилами вышли и смотрят на эти двухлетние завалы. Тут и бракованный клей, и объедки, и старая одежда, и бумага, и куски шкафов, но всё-таки львиная доля бракованного клея в мешках. От воды всё осклизлое, половина под снегом. Лица студентов при виде всего этого выглядят не лучше самой мусорки. Лёха мрачно снимает всё это на телефон, а друг его, Ленар, надел на голову воронку от вытяжки на манер китайской кули и, орудуя вилами, начал прыгать на мусор и натыкать его, как какой-нибудь шаолиньский охотник за лягушками. Смотрелось это дико и смешно. Улыбнулась даже Северная, когда вышла посмотреть, как продвигаются наши дела. Между делом я старательно заглядываю студентам в глаза – может промелькнёт смешок или намёк на украденный "Тимерхан". Но Ленар всегда со смешком в глазах, а Лёха настолько брезгует этим мусором, что кроме злости ничего и не видно по нему. Хотя сам выглядит карикатурно со своей легендарной горбатой телогрейкой, над которой уже весь цех успел поржать. Был бы я мастером, хрен бы я взялся мусор таскать, а они глупые ещё, неопытные, всё что ни скажет начальство, всё выполняют. Надо подтрунить над ними:
– Лёх, чё какой недовольный? Даже губы вон сжал, треснут же сейчас.
– У меня бухло из шкафа вытащили, вот и недовольный.
Ленар лопнул от смеха, а этот даже и не улыбнётся. Закинул мешок в трактор и пошел за следующим. Моё негодование достигло предела.
– Так это ты взял?? А кто тебе разрешил?!
– Нужна мне твоя бутылка, – и вправду, зачем ему, он вообще на работе не пьёт.
– Нет, ты скажи, кто взял-то? Что за беспредел??
– Я обещал не говорить.
– Наиль?
– Я обещал не говорить.
– Ну кто? Гусман?
– Я обещал не говорить.
Ленар просто согнулся от смеха. Что смешного-то тут? Гневно смотрю на него:
– Ты тоже обещал не говорить?
– Скоро сам узнаешь, Айрат.
Бля.
В обед быстро подхожу к Наилю и тыкаю его в плечо:
– Ты чё творишь-то?
Тот опешил:
– Чего-о? Ты чё?
–"Тимерхан" ты взял?
– Откуда? – глаза круглые; не он, похоже.
– Оттуда, ё-моё.
– Ты чё? – и тоже ткнул меня в плечо. Больнее чем я его, естественно.
– У меня из шкафа "Тимерхан" кто-то забрал.
– Ты ж не пьёшь неделю, балаболка!
– Вот сегодня в обед решил передохнуть.
– Передохнуть! Вчера не наотдыхался? Меня надо было предупредить, это пахан твой походу.
И тут меня пробрало холодом. Вместе с отцом мы в одном цеху не работаем. И видимся редко, он на работе не пьёт никогда, хоть по жизни и запойный. Но ко мне с этим делом строго. И Петрова ему периодически стучит на меня. Последний раз он обещал забрать ключи от квартиры, чтоб я с ними снова жил, а вот этого уж очень не хочется. Ё-моё, что ж делать-то…
–Как он в мой шкаф-то вообще залез?
– Он пришел за ключами в слесарку, туалетную бумагу спросил, посрать наверно пришел, а не за ключами, у них в 266-ом воды нет, а у меня нет бумаги, я ему ключи от твоего дал… Стой-ка, он же до тебя ещё приходил, значит, бутылка со вчерашнего дня лежит?
– Да, я вчера купил, думал, сегодня с тобой разберемся с ней.
– Ну скажи ему, что моя. Что я позвонил вчера, попросил купить. Не успел передать типа.
– Она неполная.
–…вчерашняя? ну ты мудак. В одно рыло трескаешь.
– Блин, да я пару глотков сделал после работы, при всех же я тебе не понесу!
– Поделом тебе, короче.
– Пошёл ты.
