Когда настало утро, сеньоры отслушали мессу, а затем всем было велено вооружиться и построиться в отряды, как и днем раньше. Заметив построения англичан, шотландцы тоже сошлись в боевые порядки и выдвинулись вперед, как и накануне. Оба войска простояли одно перед другим, полностью построенные, весь тот день, до самых сумерек. Все это время шотландцы никак не показывали, что собираются напасть на англичан, да и англичане тоже стояли смирно, ибо они не могли подступиться к противнику, не понеся при этом слишком больших потерь.
Однако случилось так, что многие английские воины, имевшие выносливых лошадей, переправились через реку верхом, а некоторые даже перешли ее пешком, чтобы завязать с противником стычку. Также и некоторые шотландцы покинули ряды своего войска. И начали они то нападать друг на друга, то откатываться назад, так что уже вскоре с обеих сторон появились и убитые, и раненые, и пленные. Но тут английские сеньоры приказали всем отступить в лагерь, ибо хорошо видели, что напрасно теряют время. Все англичане вернулись в лагерь.
В таком положении англичане провели напротив шотландцев три дня. Те тоже находились на своей горе безотлучно, и каждый день воины с обеих сторон завязывали стычки, которые часто завершались чьей-нибудь смертью или пленением. И всякий раз, на закате, шотландцы по своему обыкновению разводили такие большие костры и столь сильно шумели, горланя и трубя в рога, что диву можно было даваться! Однако англичане, уже изучившие их повадки, ничуть не тревожились по этому поводу и говорили: «
Поскольку с войском к шотландцам было не подступиться, английские сеньоры задумали держать их на горе, словно в осаде. Так они надеялись довести их до голода, ибо полагали, что продовольствие им взять неоткуда, и что отступить в свою страну они могут лишь с их дозволения. От захваченных пленников англичане точно узнали, что у шотландцев нет никаких запасов хлеба, вина или соли, но зато всякой скотины у них хватало, и они могли поедать ее мясо и сырым, и вареным, ничем не приправляя и не сдабривая. Это неудобство, в случае необходимости, они не берут в особый расчет, лишь бы при них была мука и плоский камень, для выпечки лепешек. Столь же равнодушны к таким лишениям многие англичане и гэлльсцы. Ведь, выросшие в одинаковых условиях, они имеют сходные привычки и обычаи.
Но вот однажды утром, на четвертый день своего сидения под горой, англичане стали ее оглядывать, ожидая, как обычно, увидеть на ней неприятеля, но не заметили ни души, ибо еще в полночь шотландцы оттуда ушли. Охваченные великим удивлением, сеньоры не могли себе представить, что случилось с шотландцами. Поэтому они немедленно послали в горы конных и пеших разведчиков. Те нашли шотландцев примерно в час прим. Их лагерь теперь располагался возле той же самой реки, но на горе еще более обрывистой и неприступной, нежели прежняя. Кроме того, он был укромно спрятан в одном леске, дабы шотландцы могли незаметно уходить из него и возвращаться назад, когда пожелают.
Получив это донесение, сеньоры велели всему войску сниматься с лагеря и, соблюдая строгий порядок, перейти на новое место, дабы расположиться на другой горе, прямо напротив шотландцев. Построив свои полки, англичане двинулись в указанном направлении.
Лишь только шотландцы завидели вражеские порядки, как сразу выступили из своего лагеря и выстроились довольно близко от реки, напротив англичан. Однако они ни разу не пожелали спуститься вниз и вступить в битву. Англичане же ни с какой стороны не могли их атаковать, не понеся при этом слишком больших потерь убитыми и пленными. Поэтому они расположились рядом на другой горе и провели там целых и полных восемнадцать дней. И в каждый из этих дней они выстраивались напротив шотландцев, приглашая их тем самым на битву.
Английские сеньоры многократно посылали к шотландцам своих герольдов, желая договориться и условиться с ними о том, чтобы они предоставили англичанам ровное место и пространство для битвы или, наоборот, попросили его для себя, но те так и не пожелали согласиться ни на одно из этих предложений. Поэтому, учитывая скудость страны, в которой находились англичане, можно и должно удивляться, как могли они переносить и терпеть такие лишения! Только великая любовь к ратному делу заставляла их быть столь упорными.
