В конце концов епископ Линкольнский и его спутники, приехавшие в Гент, смогли с помощью красивых речей и иными путями поладить, познакомиться и сдружиться с Якобом ван Артевельде и снискали большое расположение у горожан и, в частности, у одного храброго рыцаря преклонных лет, который жил в Генте и пользовался там большой любовью. Его звали монсеньор Ле-Куртиссьен, он был банеретом и считался самым храбрым и доблестным рыцарем Фландрии, поскольку он всю жизнь служил своим сеньорам отважнее, чем кто бы то ни было. Этот сир Ле-Куртиссьен очень радушно принимал и чествовал английских сеньоров, ибо достойные мужи всегда должны, не жалея сил, оказывать почет заезжим рыцарям. Однако впоследствии он за это жестоко поплатился. Его обвинили в том, что он воздавал честь англичанам в ущерб чести короля Франции. Поэтому король Филипп строжайше приказал графу Фландрскому, чтобы он, в знак великой любви к нему, во что бы то ни стало схватил названного рыцаря и отрубил ему голову. Граф не посмел ослушаться королевского приказа. Я не знаю, каким образом он это устроил, но рыцарь явился туда, куда он его призвал. Его схватили и немедленно обезглавили. Много людей очень сильно горевало от жалости к нему, ибо он пользовался во Фландрии большой любовью и уважением, и велико тогда было негодование против графа.
В ту пору короля Франции известили, что англичане бросили клич и собрали войско, дабы идти за море, а именно во Фландрию. Поэтому король написал графу Фландрскому, чтобы он соизволил позаботиться об охране морских рубежей. Тогда граф Фландрский послал на остров Кадзанд своего брата-бастарда, именуемого мессир Ги Фландрский, с большим количеством рыцарей и ратников — таких как мессир Дюкр д’Аллюэн, мессир Жан де Род, двое братьев Брюгдам, мессир Жиль де Ле-Стре и многие другие. В целом же средь них насчитывалось 200 рыцарей и оруженосцев и 4 тысячи ратников. Обосновавшись на Кадзанде, они принудили к покорности весь город и остров, и держали окрестную страну в строгом повиновении. И знайте, что они причинили много зла и горя англичанам и наводили страх на все английское побережье, показывая, что они добрые воины. Однако потом им пришлось убедиться, что судьба весьма переменчива, ибо, услышав об их деяниях, англичане крайне возмутились и очень отважно приняли против них меры. Далее вы об этом услышите.
Между тем английские сеньоры очень успешно справлялись со своей задачей. Якоб ван Артевельде неоднократно собирал вместе советников из добрых городов, дабы обсудить просьбы англичан, а так же торговые льготы и привилегии, которые они предлагали от имени своего государя, короля Англии. Фламандцы не смогли бы долго протянуть без торговли с английской страной. Поэтому в конце переговоров фламандские представители согласились с тем, чтобы королю Англии и его людям было разрешено свободно ездить по всей Фландрии, с латниками или без них — как им заблагорассудится. Однако фламандцы имели очень тяжелые обязательства перед королем Франции. Если бы они ему как-нибудь досадили или вошли с войной в его королевство, с них потребовали бы такой огромный денежный штраф, что его вряд ли удалось бы собрать. Поэтому они попросили англичан отложить вопрос о военном союзе с ними до другого раза.
Такой ответ и итог вполне удовлетворил английских сеньоров. Затем они с большой радостью вернулись назад в Валансьенн и стали часто слать нарочных к своему государю королю, сообщая о ходе своих дел. А король им слал большие суммы золота и серебра, чтобы оплачивать их расходы и одаривать германских сеньоров, которые не желали ничего иного, кроме денег.
В ту пору, в седьмой день месяца июня, в год Милости 1337, ушел из этого мира благородный граф Гильом д’Эно. Он был погребен в церкви Кордельеров в Валансьенне. Епископ Гильом Камбрейский провел похоронный обряд и отслужил мессу. Там, разумеется, присутствовало великое множество герцогов, графов, баронов и рыцарей, ибо граф был всеми любим и почитаем. После его кончины графством Эно, Голландией и Зеландией стал править его сын, мессир Гильом, который был женат на дочери герцога Брабантского. Эта дама, носившая имя Жанна, получила во вдовий удел землю Бенш, которая является очень красивым и доходным владением. Мать молодого графа, госпожа Жанна де Валуа, удалилась жить в Фонтенель-сюр-Л’Эско. Там, в названном аббатстве, она провела остаток жизни, как добрая и благочестивая дама, и сотворила много добра во славу Господа.
